Судак. Путешествия по историческим местам

Судак. Путешествия по историческим местам

Тимиргазин А Д

Судак Путешествия по историческим местам

Этот город на Таврическом полуострове, который греки называли Сугдеей, Сугдаей или Сидагиосом, генуэзцы - Солдайей или Сулдадией, древние русичи Сурожем, восточные географы - Судаком, Солтаком, Шолтатией, сохраняет до наших дней название Судак.

Город, выросший на берегу удобной гавани, вблизи Боспора Киммерийского (Керченский пролив) и озера Меотийского (Азовское море), куда вели сухопутные пути из Восточной Европы и азиатских просторов, с самого начала своей истории стал важнейшим пунктом черноморского судоходства.

В древнейшие времена

Пребывание человека в окрестностях Судака прослеживается со времен палеолита. В Новом Свете найдены орудия труда неандертальцев, относящиеся к среднему палеолиту (80 - 30 тыс. лет до н. э.). Следы открытой стоянки неандертальцев обнаружил в обрыве сухой речки близ горы Меганом А. И. Полканов. Это было время последнего оледенения Земли, когда в Крыму даже летом стояли холода. Неандертальцы умели добывать огонь. Они охотились на крупных и мелких животных и одевались в их шкуры.

В окрестностях Судака и в Новом Свете найдены орудия труда новокаменного века (10 - 4 тыс. лет до н. э.), а на горе Меганом, в Капсельской долине и на горе Караул-Оба открыты стоянки и поселения эпохи бронзы (II тыс. до н. э.).

Тавры, греки

В I тыс. до н. э. и в первые века н. э. на территории, прилегающей к Судакской бухте, обитали аборигенные племена тавров. Жильем им служили пещеры, хижины и укрепленные убежища, сложенные из крупных камней. Занимались тавры охотой, рыболовством, мотыжным земледелием, скотоводством. По свидетельству древнегреческих авторов, тавры нападали на проходящие мимо берегов суда, выходя для этого в море на утлых долбленых челнах.

Для контроля за населявшими окрестности таврами и обеспечения безопасности каботажного плавания по маршруту Боспор - Херсонес на западных отрогах горы Караул-Оба в I веке до н. э. была построена боспорская крепость…

Возникновение Сугдеи

Жители средневековой Сугдеи относили основание города к 212 г. н. э., о чем говорят записи на полях Синаксаря - греческой рукописной книги религиозного содержания, в средние века хранившейся в одном из христианских монастырей. На протяжении многих десятилетий монахи делали на полях Синаксаря пометки о важных, с их точки зрения, событиях. В середине XIX века судакский Синаксарь был обнаружен на острове Халка в Средиземном море и опубликован в 1863 г. в пятом томе "Записок Одесского общества истории и древностей".

В одной из заметок на полях Синаксаря, датированной 1296 г., говорится: "Построена крепость Сугдея в 5720 году. [Всех же лет] от построения Сугдеи до сегодняшнего дня, т. е. до 6804 года, 1084". Летосчисление в Византии и на Руси в средние века велось от "сотворения мира". 5720 год этого летосчисления соответствует 212 г. н. э.

Эта дата повторяется в записях, сделанных в 1312 и в 1411 гг. Неизвестно, какими материалами располагали авторы заметок о дате основания Сугдеи. Возможно, это были письменные источники, позднее утерянные, возможно, только устные недостоверные предания. Других материалов, которые подтверждали бы эту дату, до нашего времени не сохранилось…

Начиная с VI века, побережье Крымского полуострова от Херсона (средневековое название Херсонеса) до Боспора оказалось под властью Византии. При императоре Юстиниане I (527 - 565), проводившем активную внешнюю политику, в Таврике развернулось интенсивное крепостное строительство. На Южном берегу возводятся крепости Алустон (совр. Алушта) и Горзувиты (Гурзуф). Согласно архитектурному анализу самые ранние кладки стен крепости в Судаке на северном склоне Крепостной горы также относятся к VI веку. Крепостные стены нижнего оборонительного пояса существовали уже в VIII - IX веках. Расположение крепостных стен этого периода указывает на то, что в VI веке город, кроме прибрежной полосы, занимал почти ту же территорию на северном склоне горы Крепостной, границы которой и сейчас обозначены оборонительными сооружениями. В позднее средневековье город только несколько расширился на восток и на запад…

Хазары

В VIII - IX веках Крымом владели хазары. Сугдея стала их административным центром. В городе находился наместник хазарского кагана - тудун. Одновременно Сугдея являлась центром православной епархии (церковного округа) во главе сначала с епископом, а с Х века - архиепископом.

С вторжением хазар на Крымский полуостров здесь погибли многие византийские поселения. В Отузской и Коктебельской долинах обнаружены 15 византийских поселений, возникших в иконоборческую эпоху в первой половине VIII века и погибших в результате разгрома практически одновременно в том же VIII веке.

Были сожжены и византийские постройки Сугдеи…

Со второй половины IX века началось строительство хазарских укреплений Сугдеи. Оборонительные стены толщиной 2,7 метра ограждали территорию площадью более 20 га, а значит, Судак в то время был крупным приморским городам. За стенами же находились лишь небольшие хижины, редко разбросанные по прилегающей местности. Взрослое мужское население крепости по численности, вероятно, не могло составить значительную военную силу, достаточную для защиты крепостных сооружений…

Таким образом, крепость в Судаке играла роль хазарского военного форпоста…

Крушение хазарского каганата связано с восточным походом князя Святослава в 965 г., когда были разгромлены основные силы хазар в Поволжье, на Дону и Северном Кавказе. Следствием этого похода была попытка Руси закрепиться на Боспоре Киммерийском и установить контроль над обоими берегами Керченского пролива. Воспользовавшись победами Святослава, Византия изгнала хазар из юго-западной Таврики, а в 971 г., после поражения Святослава в русско-византийской войне, влияние Византии было восстановлено на востоке Крымского полуострова и в Тамани. Вернув себе Сугдею, византийские императоры развернули здесь интенсивное строительство крепостных укреплений.

Печенеги, половцы

После освобождения Крыма от власти хазар в степях полуострова установилось господство печенегов. Впервые печенеги появились в Крыму в 882 г. К середине Х века они заняли почти весь полуостров, разгромив большинство селений, жители которых ушли в горы. Сугдея, несмотря на ущерб, причиненный печенегами, продолжала существовать как довольно значительный город...

С конца XI века, когда Сугдея оказалась под властью половцев, начался бурный экономический рост города, усиление его политического значения. Половцы, или кипчаки, - это кочевые племена тюркского происхождения, проникшие в середине XI века в Приднепровье и Северное Причерноморье. К 1116 г. они окончательно разгромили и покорили печенегов и стали единственными хозяевами степей Северного Причерноморья, а Сугдея - главным опорным пунктом половцев в Крыму. Арабский историк Элайни называл ее "наибольшим из городов кыпчацких".

В XI - XIII веках развернулось широкое строительство в прибрежной части города. Сугдея в этот период становится крупным международным центром, где встречаются купцы со всех концов мира - из Руси, Западной Европы, Северной Африки, Малой Азии, Индии, Китая. Арабский историк Ибн-аль-Асир (1160 -~ 1233) сообщал о Сугдее: "Этот город кипчаков, из которого они получают свои товары, и к нему пристают корабли с одеждами, последние продаются, а на них покупаются девушки и невольники, буртасские меха, бобры и другие предметы, находящиеся в земле их". С Запада в Сугдею привозили французское и английское сукно, оружие, женские украшения и ювелирные изделия, из Египта и Сирии - хлопковые ткани, ладан, финики, из Индии - кашемировые ткани, драгоценные камни, пряности, из Китая - шелк.

Обширными и разнообразными были связи Сугдеи с Русью. В первую очередь это были связи торговые. Из Руси в Западную Европу через Сугдею шли меха, кожи, зерно, льняной холст, мед, воск, пенька, строительный лес. На Русь через Сугдею везли шелк-сырец, хлопчатобумажные и шерстяные ткани, имбирь, перец, гвоздику и другие пряности. Иностранных и сугдейских купцов, торговавших этими товарами, на Руси называли "сурожскими гостями". Позднее это название распространилось и на русских купцов, торговавших товарами, которые вывозились из Сугдеи (Сурожа) в Москву и другие русские города.

Русские товары доставлялись в Сугдею либо по Днепру, а затем морским путем, либо "Залозным путем": по Днепру до излучины у порогов и потом степью через Перекоп…

В 1204 г., во время четвертого крестового похода, рыцари разгромили христианский Константинополь, столицу Византийской империи. После этого монопольное право торговли и колонизации в Причерноморье получила союзница крестоносцев Венеция. В Крыму появляются венецианские фактории и крепости. Вскоре крупнейшей из них становится Судак - Солдайя. Первый известный документ об этом датируется 1206 г.: в Константинополе заключена торговая сделка между венецианскими купцами Пьетро феррагуто и Захарио Стагнорио, с конечным пунктом операции в Солдайе.

Венецианцы владели городом полтора столетия. Это было время невиданного расцвета Судака, годы славы и богатства, но и время жестоких потрясений, вражеских нашествий и разорении.

О торговле венецианцев в Солдайе рассказывает знаменитый путешественник Марко Поло: "В то время, когда Балдуин (один из вождей крестоносцев) был императором в Константинополе, т. е. в 1206 г., два брата, господин Николо Поло, отец господина Марко, и господин Маффео Поло, находились тоже там; пришли они туда с товарами из Венеции. Посоветовались они между собой да решили идти в Великое море (Черное море) за наживой да за прибылью. Накупили они всяких драгоценностей да поплыли из Константинополя в Солдайю". Из духовного завещания известно, что Маффео, дядя Марко, имел в Солдайе свой дом.

В первой половине XIV века Сугдея была хорошо известна за пределами Крыма. Арабские писатели ставят город рядом с такими значительными торговыми центрами, как Булгар, Сарай, Азов, Хорезм. Восточные писатели конца XIII века называют Черное море Судакским морем. О большом значении города говорит и тот факт, что в 1282 г. глава сугдейской епархии имел сан митрополита. Торговые интересы венецианцев в Сугдее были столь значительны, что с 1287 г. в городе находился венецианский консул. В сугдейском порту разгружались суда с товарами из Передней Азии, Египта, Византии, Сирии, стран Западной Европы, караваны из Средней Азии и Золотой Орды.

Глава дипломатической миссии фламандец Биллем Рубрук, посетивший город в 1253 г., сообщает, что "...туда пристают все купцы, как едущие из Турции (Иконийский султанат) и желающие переправиться в северные страны, так и едущие обратно из России и северных стран, желающие переправиться в Турцию ...одни привозят горностаев, белок и другие драгоценные меха; другие привозят ткани из хлопчатой бумаги, бумазею, шелковые материи и душистые коренья". Рубрук рассказывает, что, когда он раздумывал, что ему взять для перевозки своего имущества: телеги, запряженные двумя быками, или вьючных лошадей, то константинопольские купцы посоветовали ему взять телеги и купить крытые повозки, в которых русские перевозят свои меха.

Русская летопись XIII века сообщает о пребывании сурожских купцов во Владимире-Волынском. Рассказывая о погребении князя Владимира Галицкого в 1288 г., летописец отмечает: "И тако плакавшеся над ним все множество володимирцев, немцы и сурожьце, и новгородцы". Сурож упомянут и в знаменитом памятнике древнерусской литературы "Слово о полку Игореве": "Див кличет на верху древа, велит прислушать земле незнаемой: Волге, Поморию, и Посулию, и Сурожу...", а также в древнерусских былинах цикла "Князь Владимир Красное Солнышко".

В русской летописи сообщается, что в 1356 г. из Орды в Москву пошел татарский посол Ирынчей и с ним гости-сурожане. Это - первое письменное свидетельство о торговых связях Москвы и Сугдеи. В дальнейшем о подобных связях русские летописи сообщают неоднократно. Так, в рассказе об осаде Москвы Тохтамышем в 1382 г. говорится о сурожанах в одном ряду с суконниками и другими купцами.

Отправляясь в 1380 г. в поход против хана Мамая, Дмитрий Донской взял с собой десять сурожских купцов в качестве переводчиков, а также как свидетелей русской славы в предстоящей великой битве…

Известны и другие факты, подтверждающие тесные связи сурожских купцов с Русью. Так, князь Михаил Тверской отправлял в ордынскую ставку Некомата Сурожанина в качестве посла, чтобы тот выпросил "ярлык", т. е. добился назначения Михаила Тверского великим князем. ..

В 1221 г. нападение на Сугдею совершил иконийский сельджукский султан Ала-ад-дин-Кей-Кубад. В XI веке турки-сельджуки захватили большую часть Малой Азии и основали здесь свое государство - Иконийский султанат. Подробности нападения на Сугдею известны из рассказа персидского автора Ибн-ал-Биби.

Поводом для нападения явились жалобы мусульманских купцов султану на притеснения, чинимые им в торговле. Как повествует Ибн-ал-Биби, "Султан, услышав просьбу о помощи, разгневался, велел вознаградить купцов, приказал снарядить войско, поставить во главе его Амир Хусан-ад-дина Гупана, который был главным эмиром и полководцем государства, и послал его в сторону Судака".

Сельджуки высадили десант в районе Феодосии. Навстречу им выступило войско половцев и русских (Тмутараканского княжества). Это союзное войско было наголову разгромлено, после чего десятитысячный отряд сельджуков двинулся на Сугдею.

Ибн-ал-Биби сообщает, что Сугдею обороняло войско из тысячи хорошо обученных военному делу юношей. Навстречу врагу вышел конный отряд защитников города. В долине разгорелось сражение. Сельджуки применили свою обычную тактику - притворным отступлением завлекли отряд сугдейцев в глубь долины, а потом набросились на него из засады. Отряд был разгромлен. Жителям города пришлось внести огромный выкуп в 50 тысяч динаров. …

Сельджуки покинули Крым два года спустя, в связи с тем, что в Конию вторглись монголо-татары. Мирная жизнь после ухода сельджуков продолжалась недолго. Уже в 1223 г. в Крым ворвались монголо-татары и захватили Сугдею. "В тот же день пришли первые татары", - сообщает запись на полях Синаксаря от 27 января 1223 г.

Более подробно о нападении монголо-татар и его последствиях для города рассказывает арабский писатель Ибн-ал-Асир:

"Придя к Судаку, татары овладели им, а жители разбрелись, некоторые из них со своими семействами и своим имуществом взобрались на горы, а некоторые отправились в море... С тех пор как вторглись татары, не получалось от них (кыпчаков) ничего по части буртасских мехов, бобров и другого, что привозилось из этой страны".

Монголо-татары вскоре покинули Крым, и временно нарушенные торговые связи Сугдеи были восстановлены. Однако в 1239 г. они вновь появились в Крыму и на этот раз остались здесь надолго. Крымский полуостров становится улусом Золотой Орды….

Не ограничиваясь получаемой данью, монголо-татары еще не раз совершали набеги на Сугдею. ..

Набеги на Сугдею продолжались в 20-е и 30-е гг. XIV столетия. В Синаксаре за 1322 г. говорится: "В тот же день пришел Толактемир... и взял Сугдею без войны…»

Постоянные набеги золотоордынцев подорвали экономику города и привели к резкому сокращению численности населения. Об этом свидетельствует арабский путешественник Ибн-Батута, побывавший в Крыму в 30-е гг. XIV века. Он пишет о Судаке:

"Это один из городов кипчакской степи, на берегу моря. Гавань его одна из самых больших и лучших гаваней. Вокруг него сады и воды... Большая часть домов его деревянные. Город этот (прежде) был велик, но большая часть его была разрушена..."

Погромы города были выгодны соперице Сугдеи - генуэзской Каффе (совр. Феодосия).

Купеческая республика Генуя была непримиримым врагом и конкурентом Венеции. Во время четвертого крестового похода венецианцы изгнали генуэзцев из захваченных крестоносцами владений Византии. Поэтому Генуя сблизилась с Никейской империей в Малой Азии, которая была центром сопротивления византийцев крестоносцам. В 1261 г. генуэзцы заключили договор с никейским императором Михаилом Палеологом, по которому получили право свободной торговли во всех владениях Михаила Палеолога, а в случае возвращения Константинополя под власть Византии - исключительное право торговли на Черном море.

Три месяца спустя войска Никейской империи овладели Константинополем. Венецианский квартал в городе был сожжен а его территория передана генуэзцам. Они получили фактически монопольное право торговли в Черном море. В свою очередь Венеция в 1265 г. заключила с Византией мир и снова получила доступ в Черноморье. Между двумя республиками завязалась ожесточенная конкурентная борьба. Одним из ее эпизодов был захват и уничтожение в 1277 г. галеры пизанцев - союзников генуэзцев - в виду Сугдеи. Галера была послана к городу генуэзцами с враждебными намерениями.

Находясь под непрестанной угрозой вражеского нашествия, венецианцы интенсивно строят в Сугдее крепостные сооружения и укрепляют город. Отмечены два всплеска строительной деятельности при венецианцах: в первой половине XIII века, когда обострилась борьба с генуэзцами, и в конце XIII века. Ко времени второго строительного подъема относится возведение в крепости Консульского замка, который заменил собой более ранний укрепленный жилой замок св. Ильи. Есть упоминание о том, что в 1287 г. в замке находилась резиденция венецианского консула.

К концу XIII века генуэзцы прочно обосновались в Каффе. …

Чтобы поддержать Каффу экономически и подорвать торговлю Сугдеи, генуэзцы принимают специальные меры против своего конкурента. В Уставе генуэзских колоний на Черном море, принятом в 1316 г., указано: "Не должны генуэзцы или те, которые считаются или называются генуэзцами, или пользуются либо привыкли пользоваться благами генуэзцев, ни покупать, ни продавать, ни приобретать, ни отчуждать, ни передавать кому-либо, ни лично, ни через третье лицо каких-либо товаров в Солдайе под страхом указанного выше штрафа... Никто из генуэзцев не смеет выгружать или приказывать выгружать или позволять выгружать с судов, над которыми они начальствуют или при которых они находятся, на какую-либо часть побережья от Солдайи до Каффы каких-либо вещей или товаров под страхом штрафа в 100 золотых перперов (византийская золотая монета) с каждого (нарушителя) за каждый раз".

Последнюю точку в соперничестве между двумя городами поставили генуэзцы. В июне 1365 г. они внезапно напали на Сугдею, взяли ее приступом и захватили 18 селений в округе. Во второй половине XIV века генуэзцы утвердились на Крымском побережье от Чембало (Балаклавы) до Каффы, а затем и на берегах Керченского пролива. Солдайя в конце XIV - начале XV века потеряла свое торговое значение. Генуэзцы запрещают купеческим судам заходить в ее гавань и направляют их в Каффу. Туда же постепенно перебираются из Солдайи торговцы и ремесленники.

Генуэзцы вели в Крыму в основном посредническую торговлю, предпочитая не ездить в далекие края лично, а пользоваться товарами, привозимыми купцами других стран. Посредническая торговля приносила большие прибыли. Значительное место занимала также торговля сырьем и продуктами самого Крыма. С полуострова вывозились рыба, икра, соль, невыделанные шкуры, а также хлеб с Прикубанья.

Солдайя в этот период становится укрепленным поселением и административным центром сельскохозяйственного округа. Главным занятием не только сельских жителей, но и горожан становится земледелие, в частности возделывание и обработка винограда. Многие солдайцы большую часть года проводили за пределами города, в деревнях, где имели свои дома и занимались сельским хозяйством…

В середине XV века ситуация в генуэзских колониях Крыма резко ухудшилась. В мае 1453 г. турки захватили столицу Византийской империи Константинополь и взяли под контроль основной путь через Босфорский пролив, связывающий черноморские колонии Генуи с метрополией. В этой ситуации Генуя уступила свои колонии банку св. Георгия.

Банк св. Георгия, основанный в 1407 г., был крупнейшим финансовым учреждением средневековой Европы. Ему принадлежало право чеканки монеты и сбора большей части налогов в Генуэзской республике, контроль над генуэзскими таможнями, монополия на эксплуатацию соляных копей. Его пайщиками были члены самых богатых и знатных семей Генуи.

Ко времени передачи колоний банку положение в них сложилось угрожающее. В любой момент можно было ожидать нападения турок или татар. После засухи 1454-1455 гг. и последовавшего неурожая городам угрожал голод. В июле 1454 г. у берегов Каффы появилась турецкая эскадра. Напуганные генуэзцы согласились выплачивать султану ежегодную дань размером в три тысячи дукатов. Воспользовавшись ситуацией, крымский хан добился права на получение дополнительной ежегодной дани от генуэзцев.

 

В военном отношении колонии были слабы. Крепостные сооружения Солдайи находились в неудовлетворительном состоянии. Консул Коррадо Чикало в донесении банку так описывал состояние крепости: "Я решил обследовать состояние этого места и в первую очередь осмотреть две крепости, которые я нашел очень плохо укрепленными. После этого я осмотрел в одной из настенных башен запасы продовольствия, которые оказались частично израсходованными. Запасы же в новой, левой башне находятся в лучшем состоянии, хотя и нуждаются в некоторой очистке. Я осмотрел также башню, обратившуюся в развалины вместе с частью стены". Ситуация усугубилась и упадком торговли, вызванном блокадой Босфора турками и торговой конкуренцией с княжеством Феодоро и Крымским ханством…

. Турецкий султан Мехмед II перестал препятствовать проходу генуэзских кораблей через проливы. Связано это было с войной Турции против Венгрии и Венеции, в которой Генуя помогала туркам, снабжая их товарами и оружием. Экономическое положение колоний улучшилось, и доходы банка возросли.

Получив передышку, генуэзские власти в Крыму начали искать союза со своими соседями на случай возможной войны с Турцией. В 1471 г. был заключен договор с владетелем княжества Феодоро. Расположенное в горах юго-западного Крыма, в XV веке княжество играло заметную роль в политической жизни Крыма. Воспользовавшись междоусобной борьбой за ханский престол, генуэзцы помогли хану Менгли-Гирею захватить его братьев. Таким образом, было получено важное средство давления на Менгли-Гирея. Пленники содержались сначала в Каффе, а затем в Солдайе. 16 февраля 1473 г. совет банка св. Георгия постановил комендантам Солдайи вносить денежный залог, по крайней мере на 1000 флоринов превышающий обычный залог, "...и так до тех пор, пока в указанной крепости будет находиться господин Нур-Давлет и другие отпрыски татарской знатной крови". Пытались генуэзцы найти союзников и за пределами Крыма, в частности в Польше, но безуспешно.

В последние годы существования генуэзских колоний в Крыму в них обострилась классовая и межнациональная борьба. Многократно увеличились злоупотребления и насилия со стороны генуэзских чиновников. Письма консула и других должностных лиц Каффы к протекторам банка св. Георгия переполнены доносами и взаимными обвинениями во взяточничестве. Очень напряженный характер приняла борьба католиков с православным населением колоний. Католическая церковь пыталась распространить в Крыму действие Флорентийской унии (1439 г.), согласно которой православная церковь лишалась самостоятельности и ставилась под власть римского папы. Папа Сикст IV распорядился назначить некоего Николая епископом "над греками Каффы и Солдайи". Консулы сообщают о частых волнениях среди населения колоний. Особенно крупным было восстание в Каффе в 1454 г. под лозунгом "Да здраствует народ, смерть знатным!" Народные выступления в Каффе продолжались в 1456, 1463, 1471, 1472 и 1475 гг.

В конце 1470 г. произошли волнения в Солдайе. В послании протекторов банка консулу Каффы от 21 января 1471 г. говорится: "...мы одобряем, что вы подавили ...беспорядки в Солдайе.

Желаем, чтобы вы сохраняли там спокойствие и старались впредь, поскольку это зависит от вас, не допускать возникновения подобного рода беспорядков".

Османская империя

В 70-е гг. XV века вновь разгорелась борьба между генуэзцами и татарами. Часть татарских феодалов подняла мятеж против хана Менгли-Гирея, находившегося в дружеских отношениях с генуэзцами. Хану пришлось искать убежища в Каффе. Мятежные татарские феодалы обратились за помощью к турецкому султану, в апреле 1474 г. заключившему перемирие с Венецией.

31 мая 1475 г. вблизи Каффы высадился крупный турецкий десант. Турок поддержали татары. На следующий день началась осада города. 6 июня Каффа капитулировала. Вскоре после этого пали и другие владения генуэзцев в Крыму…

На этом, как пишут историки, историческая жизнь города закончилась. Что же касается Крымского ханства, то оно попало в вассальную зависимость от Османской империи. Побережье и часть горного Крыма перешли в непосредственное владение турецкого султана. Каффа стала резиденцией турецкого паши и получила новое название - Кефе, но нередко богатый, блистательный город именовали Кучук-Стамбулом (Малый Стамбул).

Судак потерял всякое значение. Вскоре после завоевания основные силы турок покинули город. В крепости остался небольшой гарнизон, а сама она стала одним из опорных пунктов в системе турецких укреплений в Крыму. Известно, что в 1655 г. донские казаки, пройдя Керченским проливом, захватили Тамань, а затем стремительным броском подошли к Кефе и Судаку, захватили их и благополучно вернулись домой.

Земли вокруг Судака, с садами и виноградниками, заняли богатые каффинцы. В 1666 г. здесь побывал турецкий путешественник Эвлия Челеби. В его описании Судак - поселение уже чисто мусульманское…

К концу XVIII века Судакский кадылык (район) входил в состав Кефинского каймаканства и включал в себя 20 селений от Алушты на западе до Коз (совр. Солнечная Долина) на востоке.

 

В результате ряда политических и военных успехов манифестом Екатерины II от 8 апреля 1783 г. Крымский полуостров был включен в состав Российской империи. В крепости в Судаке расположился Кирилловский Новгородский полк под командованием подполковника Бема. Были построены казармы, учреждена комендатура, на боевых площадках стен появились караулы. Город на картах того времени обозначен как Кирилловская крепость.

Потемкин возлагал большие надежды на Судак, мечтая вернуть ему былую славу и великолепие. Однако этим мечтам в изменившихся условиях не суждено было осуществиться. В 1784 г. в центре Крыма, у деревни Ак-Мечеть, был основан город Симферополь как новая столица Тавриды. Кирилловский полк из Судака вывели. Крепость после этого окончательно опустела, и местные жители начинают активно разбирать ее сооружения на строительство своих домов и заборов.

12 февраля 1784 г. была учреждена Таврическая область под управлением Г. Потемкина, в которую входили Крымский полуостров и Тамань. Екатерина II щедро раздает крымские земли своим приближенным. Около 13 тысяч десятин земли в Таврической области присвоил ее правитель, в том числе и земли в Судакской долине...

После смерти светлейшего князя в 1791 г. его начинания были заброшены. Более того, выяснилось, что официальной записи земель за князем не существует. Тем не менее, по праву наследования обширные земельные владения перешли к генералу Н. Высоцкому, а он в свою очередь часть их продал адмиралу Н.С. Мордвинову, одному из основателей Черноморского флота, портов Севастополь и Херсон.

В результате раздела и распродажи земель к началу XIX века хозяевами Судакской долины оказались около 200 мелких помещиков. В глубине долины, верстах в двух от моря, появился новый поселок Судак, с храмом, построенным на пожертвования христиан. В поселке была всего одна улица - Главная, где жили русские и украинцы. По соседству сложилась Татарская слобода, где проживали крымские татары. Долина была усеяна многочисленными домами разных владельцев. Помещики использовали свои владения как дачное место, куда приезжали на купальный и виноградный сезон со всем семейством, гувернерами, гостями, дворовой челядью, иногда даже с хором и музыкантами.

В 1828 г. на Черном море было открыто пароходство…

В 1898 г. был открыт Судакский таможенный переходный пункт, преобразованный в 1914 г. в таможенный пост, просуществовавший до 1920 г.

Он находился в подчинении Южного таможенного округа, расположенного в Одессе. Под здание таможенного пункта было занято помещение, сданное по контракту Г. Телесницким Таможенному ведомству. В обязанности надзирателя таможенного пункта входило "наблюдать за неводворением контрабанды в своем районе". Для этого осматривались прибывающие в Судак пароходы с отметкой в грузовых списках. В случае прибытия теплоходов для погрузки вина в Новый Свет - имение князя Голицына, присутствовавший при этой операции надзиратель делал соответствующие записи в судовом паспорте...

 

В путеводителе по Крыму А. Безчинского, изданном в 1903 г., сказано: "... в конце долины, верстах в 1,5 от берега моря, расположено местечко Судак с 100 с лишком жителей. Местечко - центр района. Здесь есть церковь, почта и телеграф, земская больница с аптекой, врач, фельдшер, фельдшерица-акушерка. Есть также лавки, парикмахер. В местечке живет становой пристав. Судакская долина - сплошной сад и виноградник, усеянный белыми домиками, тянется верст в 10 в длину и версты 3 в ширину".

С 1905 г. Судак, как и другие места Крыма, был включен в черту еврейской оседлости.

С конца 90-х гг. XIX века Судак начинает развиваться как курорт, что отмечено во многих дореволюционных путеводителях. Как относительно дешевый курорт поселок служил местом отдыха студентов и интеллигенции. Здесь можно было снять номер в гостинице или дачу на берегу моря. Комнаты сдавались также в самом поселке Судак и в немецкой колонии близ крепости (совр. Уютное). Поселок быстро развивался: строились новые двухэтажные здания, открылись торговые ряды, появилась гостиница "Центральная" с рестораном. Через местечко проходило земское шоссе.

В путеводителе Г. Москвича (20-е изд., 1910 г.), предназначенном специально для едущих в Крым на отдых и лечение, дается множество полезных практических сведений. Судак, по Г. Москвичу, делится на три части:

"1) Поселок Судак - бойкое торговое, но пыльное место, расположенное у самой долины и в 1,5 версты от моря, с коим соединено чудным земским шоссе. Здесь имеются почта, телеграф, аптека, образцовая земская больница на 12 кроватей, бесплатная земская библиотека-читальня и пр.

2) Судакская долина, протяжением свыше 1400 десятин, переполненная дачами-особняками; комнаты сдаются и здесь, но в редких дачах, и приезжие селятся лишь на ближайших к морю дачах Капнист, Глинки и др. Вид сплошь покрытой виноградниками долины весьма живописен.

3) Судак-курорт - это центр культурной жизни. Под этим названием разумеют все прибрежные дачи, раскинутые по берегу моря от пристани Русского общества пароходства и торговли до горы Алчак и дачи г-жи Жевержеевой".

Несмотря на происходящие перемены, жизнь в Судаке напоминала деревенскую и носила патриархальный характер. Главным развлечением курортников, при полном отсутствии общественной жизни, было купание, катание в лодках и верхом. Пользовались популярностью и экипажные прогулки по живописным окрестностям. Предлагались, к примеру, такие маршруты:

По долине реки Карагач, мимо горы Эльмели, к скалистой вершине Чатал-Кая. В наше время такую прогулку совершают пешком, через Долину Роз, мимо карьера на горе Харт.

В долину Айвань и к источнику Инарес. Долина с живописным озером, у подножия горы Таракташ, и сегодня является излюбленным местом отдыха жителей Судака.

В урочище Капсель, между горами Манджил и Меганом. Сегодня некогда пустынное урочище активно застраивается дачами.

В Кизилташский монастырь, в 15 верстах от Судака. В советское время на месте монастыря возникла войсковая часть, и все урочище оказалось засекреченным и закрытым для посещения.

Сергей Елпатьевский в "Крымских очерках" (1913 г.) описывает "приятную простоту", царящую на судакских пляжах: "в нынешнем году на пляже вырос суровый столб с двумя дощечками, где обозначено: "Мужчинам", "Женщинам". Но столб- более мысленная линия, чем реальное разделение овец и козлищ, так как обе группы на таком малом расстоянии, что могут созерцать друг друга, совершенно не вооружая свои глаза, а проходящие по пляжу путники и путницы должны усиленно рассматривать далекие горы, чтобы не видеть совсем близкие, распростертые на песке, на простынях и ковриках, лишенные всяких покровов мужские и женские тела".

Классической стала фраза Елпатьевского, что "о Судаке нельзя сказать, благоустроен он или не благоустроен, - он просто не устроен, без всякого устройства".

Виноградная лоза культивировалась в Судакской долине с глубокой древности. Это подтверждают как древние письменные источники, так и археологические исследования. В районе Судака неоднократно находили античные пифосы и амфоры для хранения и транспортировки вина. В средние века судакское вино вывозилось за пределы Таврики. При генуэзцах Солдайя, уже потерявшая значение торгового центра, остается основным винодельческим районом Крыма.

Выращивали здесь виноград и в период Крымского ханства, что отмечают побывавшие здесь в XVI - XVIII веках путешественники. М. Броневский пишет о "прекрасных садах и виноградниках Сидагиоса", а монах Д'Асколи сообщает о "превкусных и крепких винах Судака". Основную массу винограда выращивали крымские татары, но перерабатывали его только на изюм или бекмес, поскольку ислам запрещает употребление вина. Поэтому они продавали виноград или давили его и продавали сусло. Культуру виноделия в Крыму поддерживали немногочисленные в то время христианские монастыри.

Первые попытки возрождения виноградарства и виноделия в Судакской долине, как уже отмечалось, связаны с деятельностью Г. А. Потемкина…

На рубеже XVIll - XIX веков в Судаке выпускались вина различных марок и качества: Судацкое Сарандовское, через бумагу пропущенное (1799 г.), Судацкое Палласовское, Судацкое белое, Судацкое сладкое, Судацкое Мордвиновского сада (1806 г.) и другие. Было подмечено, что лучше всего здесь растут лозы "местного роду", в частности кокур…

 

Крупнейшим землевладельцем Судакской долины в 1825 г. был адмирал Н. С. Мордвинов. Он имел 131 дес. земли, но производил не более трех тысяч ведер вина. ..

Родоначальником русского шампанского виноделия по праву считается князь Лев Сергеевич Голицын. Глубоко изучив виноделие Франции и других стран, а также возможности отечественного виноделия, он пришел к глубокому убеждению, что Россия может производить первоклассные вина, ни в чем не уступающие лучшим зарубежным сортам.

В 1878 г. князь приобрел имение в Новом Свете, провел туда дорогу, построил винодельческие подвалы. В результате упорного многолетнего труда им было изготовлено шампанское "Парадиз" и "Новый Свет". Венцом деятельности Голицына стала высшая награда - Гран-при, которой было удостоено новосветское шампанское на всемирной выставке в Париже…

 

В 1787 г. путешествие в Тавриду совершила императрица Екатерина II в сопровождении пышной свиты, в которую входили многие коронованные и знатные особы. Предполагалось и посещение Судака, но из-за нехватки времени торжественный кортеж направился из Симферополя через Белогорск в Феодосию. В воспоминаниях участника путешествия графа де Сегюра о Судаке сказано, что это "...довольно изрядная пристань для судов. Город ... выстроен на высокой и одинокой скале, близ моря. Скала с трех сторон окружена горами и весьма глубокими пропастями; вид этот понравился мне своим разнообразием и величавостью. Судакский виноград почитается лучшим в Крыму; он разросся по долине почти на 12 верст. Плодовитые лозы растут вместе с множеством фруктовых деревьев и таким образом составляют естественный сад, который приятно поражает взор, особенно противоположностью своей с окрестными высокими горами, шумящими водопадами и мрачными рощами". …

 

В сентябре 1858 г. для встречи со Стевеном в Судак прибыл профессор Киевского университета Карл Федорович Кесслер, изучавший рыб Черного моря и местное рыболовство на Черном море. В книге "Путешествие с зоологической целью к северному берегу Черного моря и в Крым в 1858 г." ученый ярко описывает свое путешествие, сообщает любопытные сведения о природе полуострова, этнографические, бытовые подробности.

Так, подъезжая к Судаку, Кесслер впервые в жизни увидел пасущихся на свободе буйволов. "Неизвестно положительно, кем и когда буйволы были разведены в Крыму. Они встречаются ныне почти исключительно только в лесистых долинах восточных Крымских гор и очень малорослы, вероятно, вследствие не совсем благоприятных для них жизненных условий. Татары держат буйволов частью для молока, так как буйволовые коровы отличаются своей молочностью, частью для перевозки тяжестей по крутым гористым дорогам, потому что ширококопытные эти животные еще лучше пригодны для этих целей, нежели обыкновенные волы.

Двухколесные татарские арбы, запряженные парою буйволов или волов, встречались мне в этот день почти на каждом шагу. Неуклюжие эти повозки имеют форму узких, длинных ящиков, которые передним концом упираются на дышло, так что волы или буйволы являются как бы припряженными к ним с боков. Страшный скрип немазанных и не обитых железом колес всегда уже издалека извещает о приближении подобной арбы. Татары говорят, что таким образом всякий заранее уже знает, что едет к нему навстречу честный человек, но только частая встреча с такими честными людьми бывает в высшей степени неприятна". …

 

Кажется, все без исключения путешественники, начиная с XVI века, оставившие воспоминания о посещении Судака, рассказывают о знаменитых судакских садах и виноградниках. Кеппен в "Крымском сборнике" лишь на мгновение отвлекается от археологических описаний, чтобы констатировать, что за два с половиной столетия, прошедших после путешествия Мартина Броневского, здесь ничего не изменилось: "ныне Судак не город, но так же как и во времена Броневского, пространный сад, усеянный многочисленными домиками разных владельцев, которые проводят здесь осень". Но, пожалуй, наибольшее впечатление цветущая Судакская долина произвела на Владимира Измайлова, издавшего в 1802 г. книгу "Путешествие в полуденную Россию":

"Вообразите равнину, которая занимает такое пространство, что один взгляд обнять его не может; и на сем самом пространстве один сад, который в самом деле заключает в своей величественной окружности тысяча и тысяча виноградных садов, которые переплетаются еще в тысяча и тысяча ветвях, несущих на себе миллионы виноградных кистей с висящими плодами. Представьте себе густейшую зелень, перелив ее из тени в свет, из света в тень, кудрявость деревьев и множество садов, сливающихся в одну точку зрения; представьте себе притом несколько домиков, выглядывающих сквозь густую зелень, куда хозяева удаляются с семействами на лето и где нежные красавицы красуются вместе с садами своими, одеваются просто, подобно природе, и живут тихо, как в полях пастушки; представьте себе очарованье нового Альциноева сада, действие природы на чувствительную душу и допишите сами картину..."

Еще одно поэтическое описание мы находим в "Отечественных записках" за июль 1826 г. П. Свиньина в статье "Описание Судакской долины и виноделия в Крыму в 1825 году": "Взор мой, приученный к красотам Америки, Сибири, Италии и Кавказа, поражен был каким-то новым великолепием Природы, редко существующим в столь тесном слиянии разнообразных красот - слиянии приятного с ужасным, моря с горами, плодоносных долин с обнаженными утесами, готических развалин с миловидными жилищами виноградарей! С одной стороны представилась мне беспредельность моря, тихо стелящего волны свои вдоль зеленого берега неприметно склонившейся к нему долины; несколько далее - и сии волны с шумом и пеною разбиваются о гранитные подошвы высоких скал, увенчанных развалинами славной Солдайи. С другой стороны, посреди яркой зелени виноградных и фруктовых садов, выказываются, как некие воздушные храмины, бельведеры красивых домов Капниста, Жемелева и прочих богатых помещиков, подпираемые гордыми руинами вместо обыкновенных колонн. Ослепительная белизна сих домов отражается серебром. За ними, в углублении долины, по берегам речек Суксу и Таракташ, извивающихся чрез всю Судакскую плоскость, живописно раскинута Таракташская деревня сего последнего имени". ..

 

21 августа 1900 г. в Судаке был арестован М. Волошин и препровожден оттуда в Москву. Поводом к аресту послужила "принадлежность к тайной студенческой организации, именовавшейся "исполнительным комитетом"…

К началу XX столетия Судак оставался небольшим поселком с полуторатысячным населением. Работу можно было найти в основном на помещичьих виноградниках и в садах. Обработка велась вручную: лескером, мотыгой. Женщины зарабатывали 70-80 копеек в день, мужчины до одного рубля. Осенью прибывали временные рабочие из российских губерний на уборку и переработку винограда. Уборка урожая заканчивалась в конце октября, и рабочие возвращались на Орловщину или в Курскую губернию. Местные перекапывали зимой виноградники и работали домашней прислугой в поместьях.

В 1914 г. судакчан начали призывать на фронты первой мировой войны. Через несколько месяцев стали приходить похоронки. К 1916 г. жизнь в Судаке стала очень тяжелой. Не хватало хлеба, перестали завозить картофель. Быстро росли цены.

В феврале 1917 г. пришла весть о победе февральской революции. Местный священник объявил в церкви, что Россия стала свободной страной. В здании городской управы сняли портрет Николая II, на его место повесили икону Богоматери. Местные вельможи сразу сделались революционерами. В Судаке обнаружились представители октябристов, кадетов, эсеров, черносотенцев Союза Архангела Михаила. Одновременно шла и большевистская агитация. В январе 1918 г. в Крыму повсеместно победила советская власть. В Судаке был создан ревком, председателем которого стал чех Р. Ф. Ганц. Однако уже в апреле Крым захватили германские войска. Судакский ревком прекратил свое существование, Ганц и другие активисты были убиты.

В мае 1919г. советская власть в Судаке была восстановлена, но уже к концу июня новому составу ревкома пришлось уйти в лес, в партизаны. Власть в Крыму захватили белогвардейцы….

В ноябре 1920 г. Судак был освобожден от врангелевцев. В Крыму окончательно установилась советская власть.

После гражданской войны в Крыму началось восстановление разрушенного хозяйства…

В 1923 г. был образован Судакский район.

В 1929 г. Судак получил статус поселка городского типа, а с 1933 г. стала выходить районная газета.

В советское время с новой силой встал вопрос об охране и изучении памятников истории и культуры, расположенных в Судакской долине. В 1923 г. была организована вооруженная охрана Судакской крепости…

В 1925 г. для обследования крепости в Судаке из Москвы прибыл А. А. Фомин. О результатах археологических исследований он сообщил на II-ой Всесоюзной археологической конференции в Херсонесе. В том же 1925 г. государство выделило средства для ремонта наиболее важных объектов крепости.

Летом 1926 г. экспедицию по Восточному Крыму для учета исторических памятников совершил уполномоченный Крымохриса Николай Степанович Барсамов со своим учеником А. Равицким. Посетив Судак, они прошли Таракташ, Кутлак, затем побывали в затерянных в горах селениях - Ай-Серезе, Вороне, Шелене, Арпате, Ускуте и вышли к морю у феодального замка Чобан-Куле, позднее описанного археологом М. А. Фронджуло в сборнике "Археологические исследования средневекового Крыма" (1968 г.).

В 1927 г. в Судаке работают московские и ленинградские ученые под руководством академика Ю. В. Готье. Начались первые планомерные археологические исследования Судакской крепости. Исследовались также многочисленные археологические памятники в Судакской долине, на склонах близлежащих гор. Некоторые памятники, например развалины храма на южном склоне горы Перчем, были обнаружены впервые. На конференции археологов в Херсонесе Готье отметил, что разведка имела целью показать, чего можно ожидать от раскопок в Судаке и какую большую археологическую жатву они обещают. Конференция постановила: организовать систематические разведки и раскопки в Судаке и принять меры к охране обнаруженных здесь памятников старины.

В 1930 г. раскопки в Судаке производил профессор Н. Д. Протасов, а в следующем году - Е. В. Веймарн.

 

В 1930 г. поселок состоял из двух слободок, базарной площади с торговыми лавками; на берегу находилось несколько курортных строений. Редкие дома местных жителей стояли среди виноградников, вблизи рек Суук-Су и Карагач.

Затем были трагические годы Великой Отечественной войны. Они вместили в себя и депортацию крымских немцев осенью 1941 г., и оккупацию, и активное партизанское движение, и морские десанты в Коктебеле, Судаке и Новом Свете с кратковременным освобождением от немецко-фашистских захватчиков, и, уже после полного освобождения, - депортацию крымских татар 18 мая 1944 г. Судакские улицы получили новые названия, напоминающие об этих событиях, - Танкистов, Десантников, 14 апреля (день освобождения города), майора Хвостова, А. Князева, М. Мищенко, партизана Сысоева, семьи Сацюк.

После окончания войны опустевшие земли заняли переселенцы из Рязанской, Курской, Орловской областей, с Кубани и Украины. Началось восстановление Судака.

В 1950-е гг. Судак оставался центром сельскохозяйственного района. Вокруг поселка росли сады, виноградники, плантации розы. По свидетельству очевидцев, даже в разгар лета он производил сонное впечатление. Пустынным оставался прекрасный пляж - на добрую сотню метров в одну и другую сторону не было ни души.

В 1960-е гг. положение стало меняться: "В разгар купального сезона пляж, гостиница, санатории и вообще все, мало-мальски пригодное для того, чтобы человек там жил, пил, ел, развлекался, - переполнено. Люди предаются обычным заботам. Россыпь маленьких домиков на кривых улицах, и рядом четырехэтажные стандартные коробки из крупных блоков, широкоэкранный кинотеатр, ресторан, построенный по типовому проекту, залитая асфальтом центральная магистраль место прогулок, а в двух шагах от нее пыльные заросли диких каперсов, колючей заманихи и ломоноса. Сравнительно недавно выстроенная набережная с отделанной разноцветным пластиком открытой столовой и полудесятком других харчевен".

В поселке развернулось широкое курортное строительство. Расширяются уже действующие здравницы - дом отдыха "Судак", санаторий ВВС, дом отдыха "Сокол" (впоследствии санаторий); возникают новые - пансионаты "Звездный" и "Львовский железнодорожник", туристская гостиница "Горизонт", туристский лагерь "Восход", база отдыха "Долина роз"…

В 1979 г. Судак получил статус города…

Итак, мы отправляемся в путешествие по довоенному и дореволюционному Судаку.

СУДАК - УЮТНОЕ

Самым ранним памятником Судака российского периода является церковь начала XIX века. Ее легко отыскать в начале улицы Ленина, рядом с городским рынком. Отсюда мы и начнем наше путешествие по городу.

После присоединения Крыма к России православные богослужения в Судаке происходили в церкви св. апостола и евангелиста Матфея, обращенной из турецкой мечети (сохраняется на территории Судакской крепости). Поскольку новый поселок Судак возник далеко от крепости, в глубине Судакской долины, "по отдаленности жилищ и трудности всхода Богослужение в ней (церкви св. Матфея, - Авт.) прекращено и перенесено во вновь построенную посреди Судакской долины церковь во имя Покрова Богородицы". Церковь Покрова Божьей Матери была построена в 1819 г. на пожертвования верующих. В нее было перенесено имущество из храма св. Матфея.

В 1912 г. в Новом Свете находился император Николай II. Князь Л. С. Голицын, прихожанин церкви Покрова Божьей Матери, обратил внимание государя на ветхость храма, и Николай II пожертвовал необходимую сумму на реставрацию, которая была произведена в том же году.

В советское время храм в Судаке разделил судьбу многих других культовых сооружений, как христианских, так и мусульманских. Закрыли церковь в 1936 г., в здании организовали пионерский клуб. Во время войны службы в храме возобновились. В 1944 - 1945 гг. "двадцатка" верующих ходатайствовала перед исполкомом райсовета об открытии церкви, назначении в приход священника и передаче в бессрочное и бесплатное пользование бывшего дома священника, состоящего из одной комнаты, кухни и коридора. В 1945 г. службы в храме возобновились и продолжались почти двадцать лет.

В 1962 г. исполком Судакского районного Совета депутатов вынес решение об изъятии молитвенного здания Покровской русской православной церкви с передачей его судакской средней школе под Дом пионеров. Мотивами для принятия такого решения были отсутствие священника и большие довоенные вложения на ремонт Дома пионеров. В 1980-е гг. здесь находилась мастерская по ремонту теле- и радиоаппаратуры.

И только в 1990-е гг. храм снова вернули верующим. Были проделаны большие реставрационные работы, восстановлен купол. Под вопросом пока остается восстановление в первоначальном виде церковной колокольни…

 

…На подворье кирхи сохраняется храм Х - XII веков. Возможно, это "Настасия", указанная на карте Кеппена вблизи развалин крепости. Вокруг храма располагалось обширное древнее кладбище. Вследствие тесноты захоронения подступали вплотную к храму. От этого кладбища остались только одна или две могильные плиты. В конце XIX века храм предполагалось привести в приличный вид, с тем, чтобы в нем можно было совершать богослужения для православных, прибывающих на лето в колонию…

Рядом, за невысоким железным заборчиком, хранятся несколько могильных плит бывшего судакского кладбища, которые удалось сохранить при его сносе. Среди них - надгробные плиты членов семьи Стевенов, артиста Петербургских императорских театров Кондараки.

Чтобы осмотреть другие архитектурные и археологические памятники Уютного, нужно спуститься к берегу моря, к пляжам санатория "Сокол" и пансионата "Львовский железнодорожник".

На территории "Сокола" сохранились остатки бани послегенуэзского периода осколок древности рядом с трехэтажными корпусами здравницы.

Ближе к морю, у подножия горы Палвани-Оба, возвышается башня Фредерико Астагвера (Портовая). В этом месте в средние века находился порт, на протяжении многих столетий обеспечивавший городу связь с заморскими странами. От Угловой башни к башне Астагвера тянулась стена, преграждавшая доступ в порт с северной стороны. Археологи обнаружили остатки древних стен также западнее башни, которые поднимались на гору Палвани-Оба; предположительно на ее вершине стояла еще одна башня. Возможно, это остатки догенуэзских укреплений, предназначенных для защиты порта и находящегося при нем поселения. Южнее этих укреплений найдены многочисленные остатки жилых построек: этот район был густо населен задолго до появления здесь генуэзцев.

В кладку стен башни Астагвера включено множество блоков с резными крестами. Возможно, это плиты с могил кладбища, находившегося рядом с храмом Двенадцати Апостолов. Храм сохранился до нашего времени. Еще в начале XIX века путешественники видели внутри него фреску с фигурами апостолов, откуда и пошло название.

Поблизости, у подножия горы Палвани-Оба, несколько лет назад археологи раскопали фундамент и остатки стен еще одного небольшого храма. Напротив, у горы Кыз-Куле-Бурун (Крепостной), на вросшей в землю скале заметны следы третьего храма, от которого осталось только несколько камней.

В 1968 г. на южном склоне горы Крепостной, на оконечности скалы, сильно подмытой морем, археологи исследовали так называемое Приморское укрепление. Исследователи датируют его VI веком н. э., или, согласно другим гипотезам. III - IV веками н. э. Таким образом, здесь находятся остатки самых ранних из сохранившихся сооружений города. Значительную часть их, вне сомнения, поглотило бушующее море.

НОВЫЙ СВЕТ

За просторными пляжами Судакской бухты, за величественными руинами средневековой крепости, среди реликтовых можжевельников и сосен Судакских, в окружении диких и величественных горных вершин, на берегу изумрудной бухты раскинулись постройки поселка под названием Новый Свет.

Заканчивается поселок Уютное, что расположен на окраине Судака. Горное шоссе, стремительно поднимаясь ввысь, приглашает продолжить путешествие. От Уютного до поселка Новый Свет - примерно пять километров.

Что такое Новый Свет?

"Новый Свет со своими различными можжевельниками - извилистый и глубокий, как внутренность раковины", - дает определение Максимилиан Волошин.

В. А. Гиляровский восклицал в начале века:

За эту пару чудных дней

В волшебном "Новом Свете"

Все увидал я в новом свете,

И новый свет в душе моей!

"От подножия горы Сокол распахнется удивительный, неповторимый Новый Свет - одна из красивейших жемчужин Крымского побережья..." - констатируют авторы фотоальбома "Новый Свет", вышедшего вторым изданием в Киеве в 1988 г.

Летом 1957 г. в наших местах побывал А. Т. Твардовский. В Судак он приезжал из Коктебеля. "26 июня... Бухта Нового Света - немногочисленные домики с заводом шампанских вин, теснота очень близко подвинувшихся к воде и мало освоенных гор, деревья - можжевельники, тропа по краю скалы, к гротам, прозрачность воды под скалой с рыбами, как в аквариуме..." - заносит поэт лаконичные строки в дневник.

Приведем и сонет Николая Лезина "Новый Свет".

Все тихо... Лишь порой цикады слышен крик.

Да море о скалу плеснет своей волною.

Зажали весь залив гранитною клешнею

Громада Сокола и островерхий пик.

К заливу синему зеленый сад приник;

Пустынен гладкий пляж под острою горою,

Где лодок и сетей, застывших под водою,

В лазурном зеркале рисуется двойник.

Тропинки каменной крутые повороты

Ведут на дальний мыс, где сумрачные гроты,

Плющом увитые, уходят в недра скал.

А дальше за горой бескрайние просторы,

Тут моря плещется расплавленный металл,

И контур выгнутый синеет Ай-Тодора. …

 

За плакатами, огибая гору Палвани-Оба, шоссе довольно круто поднимается вверх. Где-нибудь посреди подъема сделаем остановку, чтобы отдышаться и бросить прощальный взгляд на урбанизированную Судакскую долину и окружающие ее горы - Алчак, Ай-Георгий, Перчем. Сейчас мы поднимемся на небольшой перевал, и местность в мгновение ока примет совсем другой вид. Грандиозные скалы - бывшие коралловые рифы, сосновые и можжевеловые рощи, изумрудные бухты и зовущий вдаль серпантин горной дороги.

Левее перевала среди скал видна узкая расщелина. Это Демир-Капу - Железные Ворота. В прежние времена через них осуществлялась связь между Судаком и Новым Светом. Возможно, раньше этот узкий проход действительно был прегражден воротами. Небольшая горстка воинов без труда могла отражать здесь значительные силы неприятеля. Дорога, близкая к современной, была проложена в конце XIX века, по некогда неприступным скалам.

Внизу, под крутыми западными склонами горы Палвани-Оба, на берегу моря раскинулось урочище Димитраки. Здесь, практически на одной площадке, мирно соседствуют две руины. Одна - грандиозная, величественная, неизменно привлекающая к себе внимание всех проходящих и приезжающих. Другая совершенно неприметна; отсюда, с дороги, из груды камней ее сможет выделить разве только опытный взгляд специалиста-археолога. Первая наверняка простоит не одно десятилетие. Вторая может исчезнуть с лица земли в любую минуту. Первая появилась в урочище недавно, в 1970 - 1980-е годы. Это типичный советский долгострой под названием: спортивная база подводников-аквалангистов "Дельфин". Происхождение второй теряется в глубине веков. Это - остатки одного из средневековых христианских монастырей Сугдеи.

В путеводителе "Судак" (1928 г.) А. Полканов посвятил монастырю несколько строк: "Мы видим на первом мысу под самым его обрывом развалины древнего монастыря. В середине большой базилики была позже построена другая, меньших размеров. Выше на пригорке видны остатки стены, относящиеся к более раннему периоду".

Строительство "Дельфина" началось в 1974 г. Несколько месяцев спустя, решением Крымского облисполкома от 22 ноября 1974 г. "Об организации государственных заказников в области", был образован ботанический заказник "Новый Свет" площадью 470 га. Как известно, статус заказника исключает любую хозяйственную деятельность на охраняемой территории. Но, как не раз бывало, пожалели уже вложенные средства и посчитали возможным стройку продолжить.

Однако запустить "Дельфин" в эксплуатацию так и не удалось. Почти достроенный, он был брошен на произвол судьбы и разграблен. Но даже в таком виде база производит большое впечатление количеством средств и вложенного в строительство труда. Прогуливаясь неторопливо по этажам и подвалам, поднимаясь на крышу и спускаясь к недостроенному пирсу, легко вообразить себя путешественником во времени из романа Г. Уэллса, размышляющим о бренности всего земного. …

 

Долго ли, коротко ли, но мы возвращаемся на шоссе, которое далее делает большую извилистую петлю, огибая Чертово ущелье. У верховьев ущелья, правее шоссе, "торчит", как сказано в старом путеводителе, скала Чертов палец, за которой высится громада Сокола. Высота Чертова пальца от основания до вершины - 17 метров.

Почти напротив него находится бухта Черепашка. Низкая скала, выступающая в этом месте в море, похожа на соответствующую рептилию. Левее бухты виднеются две скалы, похожие на целующихся птиц; называются они Орлиная любовь. Местные современные топонимы, а главное, своеобразные очертания здешних гор, вызвали к жизни множество легенд. Приведем две из них, одну - в записи А. Трибушного.

То было утро планеты. В ту первозданную пору, когда птицы и звери, люди и рыбы, деревья и травы еще понимали друг друга, а возможно, и разговаривали на одном языке, - добро и зло уже и тогда были живы. В том мире, где буйствовал вихрь еще молодой жизни, оглушенной громами небесными, пронизанный молниями, встретились две птицы. Это были он и она. Самой природой, очевидно, предназначенные друг для друга. Любовь, чистая, как слеза, опьянила их сердца.

Любовь... Она всегда рождает жизнь. Поэтому, наслаждаясь друг другом, птицы все чаще и чаще стали задумываться над тем, где бы свить себе гнездо.

Облетев побережье моря, птицы увидели райский уголок - Новый Свет. Так именуется этот край сегодня. Тихую просторную бухту охраняли две горы: одна, похожа на сокола с полураспахнутыми крыльями, а другая - на сидящего орла. И редкой красоты пушистые сосны. И воздух, напоенный запахом можжевельника. И волны, замиряющие бег свой далеко от берега. И тишина, позволяющая слушать шепот еще не высохших трав.

Все здесь очаровало птиц. Они опустились к синему морю, на крутой откос берега, и начали целоваться. И радостью наливались стволы раскидистых деревьев на склонах. Но там, где есть радость, рядом до времени прячется горе.

Мрачный старый черт, с шумом и свистом проносясь над берегами, заметил счастливых птиц. Сел он неподалеку, над краем впадины.

- Вы птицы, а не люди. И вам нельзя целоваться, - гневаясь, насупил черт свои косматые брови.

- Но мы любим друг друга, - смеялись птицы.

- Если вы не прекратите, я превращу вас в камни. Что будет с миром, если все живое станет любить друг друга? Исчезнут и ненависть и убийства.

Но птицы отвергли холодный страх.

- Готова ли ты,- только глазами спросила одна птица другую, - в камне навсегда остаться рядом? Готова ли ты не предавать нашу любовь?

- Я согласна! - вскричала она, - Я согласна! До сих пор уши гор слышат ее неутихающий крик. Протянул черт руку навстречу птицам, прохрипел свое заклятие, и птицы окаменели.

Но недолго торжествовало зло. Увидел всемогущий бог несправедливость, сотворенную чертом. Размахнувшись, стукнул черта по голове со своей высоты тот и провалился сквозь гору. Только палец и остался торчать сверху. И палец тот стал каменным.

Вторая легенда рассказывает, что когда-то жил в этих местах могучий Орел, никого к себе не подпуская. Но вот прилетел молодой Сокол, и завязался в небе между двумя гордыми птицами жестокий бой. Долго он длился. Могуч был Орел, но стар. А молодость всегда побеждает. Упал на берег израненный Орел, а над ним навис Сокол - победитель. Так и остались они здесь навечно.

Побережье вокруг поселка Новый Свет, наряду с Лисьей бухтой, пользуется заслуженной известностью у нудистов. В 1991 г. у Нового Света принимали роды в воде члены центра родительской культуры "Аква", созданного годом раньше в Москве. У истоков центра стоял Игорь Борисович Чарковский, пионер в области родов в воде, начавший свою деятельность в этом направлении в 1986 г.

Прямо посреди нудистских пляжей и реликтовых лесов расположилась войсковая часть; Новый Свет недаром называют краем контрастов.

Живым памятником далеких геологических эпох являются новосветские леса и рощи. Это остаток древней растительности, покрывавшей Европу в кайнозойскую эру, которая длилась 60 миллионов лет. Эти леса видели мамонтов, саблезубых тигров, пещерных медведей... Остатки давно вымерших животных находят и в Крыму. Впервые кости мамонта в Крыму были найдены в прошлом веке, не так далеко отсюда - в долине реки Сотеры близ села Солнечногорское.

В четвертичном периоде образовался мощный ледяной покров. Началось наступление ледников на юг. Теплолюбивая растительность повсеместно погибла и удержалась только на юге, куда не добрался ледник, в том числе на Южном берегу Крыма.

В Новом Свете произрастает несколько видов можжевельника, сосна Крымская (Палласа), сосна Судакская. Последняя встречается в Крыму только в Судаке и на мысе Айя. Впервые сосну Судакскую исследовал русский ботаник В. Н. Станкевич; в честь него в 1906 г. академиком В. Н. Сукачевым она была названа сосной Станкевича.

С. Станков, проводивший ботанические исследования Южного берега Крыма, отмечал: "Весь комплекс растительности этого участка имеет совершенно иной характер... Необходимо говорить не только о можжевеловом южнобережном лесе, а о различных вариантах (ассоциациях) южнокрымских лесов, изучая эти варианты с запада на восток".

У последнего перед поселком мыса с дороги виден огромный срез обвалившегося песчаника с удивительно ровными стенами. Здесь находился средневековый пещерный монастырь. Основание его, возможно, относится к эпохе иконоборчества в Византийской империи (VIII в.). Впоследствии пещеры обвалились вместе с глыбами песчаника. Сохранилась часть одной из монашеских келий - задняя часть пещеры с высеченным крестом на стене. У подножия скалы, высоко над морем, археологи расчистили остатки исчезнувшего храма.

О существовании монастыря у подножия Сокола сообщает архиепископ Гавриил: "При подошве горы Сокол заметны остатки древнего греческого каменного монастыря во имя "святого великомученика Георгия", разрушенного во время турецкой войны. Всход к нему чрезвычайно затруднителен и доступен только для пеших: несколько раз надобно опускаться в пропасти и подниматься на крутизны, встречая на каждом шагу тысячи препятствий. С южной стороны храма из расселины камня истекает ручей чистой воды".

Повторно открыл монастырь Н. Лезин в 1920-е годы. Краевед обнаружил остатки трех пещер. На стене одной из них был высечен крест. Здесь в скале была вырублена маленькая скамеечка или полочка. В другой пещере еще сохранились потолок и часть передней стены со слоем штукатурки или краски. Описывая свою находку, Лезин указал и на причину разрушения монастыря: "Пласт песчаника, в котором были высечены эти пещеры, лежит около моря на слое глины, размывание которой влекло за собой обрушивание лежащего на ней песчаника, почему сохранились только эти три пещеры, да и то в плохом состоянии. Огромные обломки такого же песчаника, обрушившегося вниз, видны в море".

О сделанной находке члены Судакского отделения РОПИК сообщили в Археологический отдел Главнауки. В Судак был командирован член общества профессор А. Фомин для дальнейшего исследования памятника.

Возможно, именно в этом месте у поэта Н. Лезина рождались строки сонета:

Разрушен древний храм над морем бирюзовым,

Веками сокрушен тяжелый мрамор плит.

И море, что внизу торжественно шумит,

Подножье роет стен упорно и сурово.

Какая тишина! И в сумраке лиловом,

Когда недвижно все, когда ущелье спит,

Неясная тоска смущает и томит,

И сердце в тишине внимает древним зовам.

Размеренной волной шумит внизу залив;

И призрак прошлого как будто снова жив,

И снова все кругом так близко и знакомо,

Как будто бы давно, за долгим рядом лет,

Я видел, как сейчас, громаду Меганома,

Вздымавшего из волн тяжелый свой хребет.

Пещерный храм, возможно, был также в гроте Шаляпина, с западной стороны Нового Света. Вплоть до XIX в. на одной из его стен сохранялись остатки росписи.

Поселок Новый Свет встречает нас железными решетками ведомственных здравниц. Однако пытливые туристы давно протоптали по склону короткую тропу, проломив в нужных местах ограждения. Спускаясь по тропе, мы скоро выйдем на старую смотровую площадку. Поселок раскинулся перед ними, как на ладони.

Расположен он на берегу бухты Зеленой. Это одна из трех разноцветных новосветских бухт. Дальше, на запад, находятся еще Синяя и Голубая.

Поселок обступают живописные горные вершины. С запада Зеленую бухту замыкает островерхий Орел, или Коба-Кая (с татарского - Пещерная скала). Правее возвышается Караул-Оба (в переводе - Караульная вершина). С севера подступает заросший можжевельником Сандык, северо-западнее которого, в некотором отдалении, виднеется Сыхт-Лар. Наконец, с восточной стороны нависает грандиозный скальный массив Сокола с двумя Соколятами.

После присоединения Крыма к России Екатерина II подарила эту местность французскому дворянину Галере. Можно предположить, что именно в это время за урочищем закрепилось название Парадиз, что переводится с французского как сад, парк.

Галере вскоре продал подарок. В 1820-е гг. Парадизом владела княгиня А. С. Голицына, которая, в свою очередь, продала имение князю Херхеулидзе.

В 1858 г. по приглашению X. X. Стевена Новый Свет посетил профессор Киевского университета Карл Федорович Кесслер. Из его описания мы узнаем о существовании здесь рыбного завода г. Гафнера. Артель завода, занимавшаяся ловлей скумбрии и кефали, была очень разноплеменной: атаман - армянин, среди рыбаков были греки, татары, малоросы, один немец и один отставной солдат из великорусской губернии.

Кесслер сообщает, что именно Херхеулидзе дал долине громкое название "Новый Свет". По мнению судакского краеведа В. Ф. Саламатова, князь хотел таким образом противопоставить своим владениям в районе Гурзуфа и Ялты новое владение под Судаком.

Херхеулидзе собирался устроить здесь винодельческую колонию, однако дело ограничилось посадкой 3,5 десятин винограда. После смерти князя его наследники продали в 1878 г. Новый Свет князю Л. С. Голицыну.

Льву Сергеевичу суждено было поднять виноделие в Крыму на невиданную до этого высоту. Завод шампанских вин, построенный князем в Новом Свете, ныне обладает международной известностью.

На дореволюционных фотографиях Нового Света мы увидим только несколько домиков, затерявшихся среди виноградников и зарослей можжевельника. Эти постройки, принадлежавшие князю Голицыну, сохранились до нашего времени. В бывшем доме приезжих, здании с четырьмя башнями, сейчас располагаются магазины, поселковый клуб. В другом белом здании под красной черепицей открыты дом-музей Л. С. Голицына и дегустационный зал завода шампанских вин. Здесь можно подробно узнать о жизни и деятельности князя, посвященной виноградарству и виноделию.

Прогуливаясь по поселку, вы наверняка отыщите склеп Л. С. Голицына у одного из современных пятиэтажных зданий.

Умер он в декабре 1915 г. в Феодосии, возвращаясь из Москвы в Новый Свет. Похоронен в склепе рядом с женой Марией Михайловной, умершей в 1909 г.

Вскоре в России разразилась революция, последовали годы гражданской войны. Склеп Голицыных несколько раз был ограблен. Можно предположить, что прах князя и его жены в эти годы был перенесен из фамильного склепа и перезахоронен, однако новое место захоронения остается неизвестным.

Сейчас поселок заметно вырос. По соседству с дореволюционными зданиями выросли новые пятиэтажные дома. Под горой Сокол расположились санаторий "Полет" и пансионат "Новый Свет" с портящим пейзаж многоэтажным корпусом. Не украшает пейзаж и огромная труба котельной под горой Сандык.

Если к архитекторам, работавшим в Новом Свете, можно предъявить определенные претензии, то садово-парковые работники пансионата "Новый Свет" выше всяких похвал.

Когда-то в парке здравницы росли только дикие можжевельники и сосны. Была проделана огромная работа. На отдельные участки земли завезли более 10 тысяч тонн грунта. Сейчас в парке собрано более 100 видов и разновидностей флоры из разных уголков земного шара. Здесь можно увидеть кедр ливанский и кедр гималайский, земляничники мелкоплодный и крупноплодный, агавы, опунции, благородный лавр. Высажена тенистая пальмовая аллея. Рядом с пальмами разбит цветник; цветут ковровые растения эхиверии, карликовой герани. Повсюду растут розы: "Псковитянка", "Крымская ночь", "Климентина". Великолепно цветут юкки, раскрывает пламенные бутоны древовидный цереус - представитель мексиканской флоры.

Целый ряд увлекательных путешествий можно совершить в окрестностях Нового Света. Здесь много интересных объектов природы; немало также памятников истории и археологии. В разных местах были найдены орудия труда пещерного человека, предметы таврской культуры. Археологам известны средневековые монастыри и храмы, укрепления, гончарные печи. В горах повсеместно встречаются старые тропы и дороги, остатки строений, заброшенные каменоломни, мельничные жернова, изготовлявшиеся в неизменном виде на протяжении всего средневековья.

Однако большинство памятников Нового Света относится к новому времени. Любую нашу экскурсию можно с полным основанием назвать путешествием по голицынским местам. Живописные окрестности поселка были окультурены, благоустроены. Здесь любили совершать прогулки сам князь и его многочисленные гости.

Различные варианты экскурсий в окрестностях Нового Света - по можжевеловым и сосновым рощам, по каменным хаосам и прохладным гротам - производят неизгладимое впечатление, особенно если больше смотреть вдаль или ввысь и меньше - на кучи мусора под ногами.

В крайне плачевном состоянии находится Голицынский грот, который имеет также и другое название - грот Шаляпина. Сильнейший ураган 1992 г. почти полностью разрушил перекрывавшую грот стену, построенную при Голицыне и восстановленную позднее. Пострадала от урагана находящаяся здесь же винотека. Засыпало землей источник в центре грота - после его расчистки, через несколько лет, воды стало гораздо меньше.

Не менее печально выглядят и другие "экскурсионные объекты" Нового Света. Посреди Царского пляжа, где в 1912 г. купался император Николай II, к концу курортного сезона обычно возвышается необъятная куча мусора, плюс множество хлама, разбросанного помимо кучи.

Непомерна рекреационная нагрузка. На спусках и подъемах по тропам земная поверхность, выбитая ногами, представляет собой пыль и щебенку, по которым невозможно передвигаться.

До их пор немало людей из года в год приезжает отдыхать в одно и то же однажды облюбованное место - Новый Свет. Здесь мало привычных современному человеку удобств, отсутствуют многие блага цивилизации, но зато присутствует радость непосредственного общения с дикой, нетронутой природой. Однако все меньше и меньше становится их, постоянных "клиентов". Многие, прибыв сюда, говорят со вздохом сожаления: здесь я в последний раз. И принимаются за поиски других, не столь еще загаженных человеком уголков живой природы...

Так чем же является для меня Новый Свет? Большой вселенской свалкой? Местом вавилонского столпотворения диких человеческих орд? Уголком земли, куда стыдно приводить друзей и знакомых?

Или это природный уникум, воспетый не одной сотней маститых и безвестных поэтов и художников? Насыщенная исторической памятью земля, где каждый случайно поднятый с земли камень может оказаться окаменевшим миллионы лет назад морским моллюском или орудием труда эпохи палеолита?

Место, где случайно можно подсмотреть, как стайка молоденьких обнаженных девушек устремляется в изумрудные волны моря! Что ни говори, а подобное зрелище всегда будет волновать сердце любого настоящего мужчины!

Чем является это место для всех нас - местных и приезжих, близких и далеких?

Самое ближайшее будущее должно дать исчерпывающий ответ на этот вопрос.

СОКОЛ

Одна из интересных экскурсий, которую можно совершить в окрестностях Нового Света, - это восхождение на гору Сокол (500 м над уровнем моря).

С северо-восточной стороны гора напоминает птицу, сложившую крылья. Старое название горы - Куш-Кая, что переводится с крымскотататарского, как Птичья Скала. Древние римляне называли гору Сенатор - за гордый, величественный вид.

Покорить Сокол можно разными способами. Среди альпинистов пользуются популярностью восхождения по отвесным стенам южной и юго-западной стороны. Здесь проложены маршруты от первой до четвертой категории сложности.

У подножия горы можно обнаружить небольшие, закрепленные на скалах таблички в память о восхождениях, завершившихся трагически. Две такие таблички находятся рядом с шоссе, напротив войсковой части. Здесь начинается маршрут четвертой категории сложности.

Лаконичные тексты гласят: "Здесь трагически погиб Карпов Георгий Иванович, 7.02.56 - 10.10.80", "Шабельникову Владимиру Николаевичу, трагически погибшему здесь, от родителей и друзей 12. 1.1954 - 30.7.1974".

Были и еще погибшие альпинисты на Соколе. Гора берет дань за раскрытие своих тайн.

Подняться на Сокол можно и со стороны Судака. Один из возможных путей ведет мимо скалы Чертов палец. Начиная восхождение от шоссе Судак - Новый Свет, можно обнаружить хорошую тропу, промаркированную синими метками. Тропа проведет по самому сложному, скалистому участку подъема, обходя Чертов палец слева, и дальше до самой вершины.

Подъем на Сокол со стороны Нового Света позволит нам продолжить путешествия по местам, связанным с деятельностью Л. С. Голицына.

Согласно легенде Лев Сергеевич задумал построить для одной из своих дочерей замок на скале Соколенок, возвышающейся над Новым Светом. Осуществить этот замысел помешало разорение князя. Голицын успел только провести дорогу от своего дома к месту предполагаемого строительства. Дорога, укрепленная в некоторых местах мощными опорными стенами, и в наше время просматривается очень хорошо. Начало ее легко обнаружить, если пройти по асфальтированной дороге от дома-музея Голицына в сторону горы Сандык и за последними поселковыми домами и огородами повернуть направо.

У дороги можно увидеть цветущий и плодоносящий кактус. Съедобные плоды кактуса, как и все растение, покрыты множеством мелких колючек. Если употребить достаточно много плодов, колючки покроют руки, губы, даже язык и доставят много неприятных ощущений.

Обогнув глубокий овраг, старая дорога возвращается к поселку и в районе котельной теряется за современными постройками. Через несколько сот метров продолжение ее обнаруживается на горном склоне, левее шоссе, напротив пансионата "Новый Свет".

Попетляв по лесу, дорога выведет к старому мосту, проложенному через неглубокий овраг. В последнее время полотно дороги перед мостом сильно размыло дождями. К тому же арка под ним недавно была зацементирована, и все сооружение превратилось в плотину, удерживающую дождевую и талую воду. Тем самым интересный памятник архитектуры был поставлен под угрозу разрушения.

За мостом начинаются развилки и ответвления. Голицынская дорога, превратившись в тропу, уходит направо и скоро выводит на Соколенок. Центральная тропа ведет в сторону Судака, а ее правое ответвление - на вершину Сокола. Но мы сначала повернем налево. Двигаясь по тропе вдоль оврага, спустя непродолжительное время мы выйдем к Анастасийскому источнику. И сейчас еще от местных жителей можно услышать легенду, согласно которой источник получил название по имени любовницы Голицына. В действительности название гораздо древнее: в средние века рядом находился монастырь св. Анастасии. В наше время от него не осталось и следа.

Отдохнув у источника, возвращаемся по тропе в сторону Сокола и находим ответвление, ведущее к вершине. Крутой, но непродолжительный подъем - и сверху открывается изумительная панорама южного и юго-восточного берега Крыма, от Меганома и Карадага до Ай-Петри. Впрочем, вместо того, чтобы придумывать красивые, но уже избитые фразы, вспомним снова слова А. Полканова из книги "Судак" (1928г.), исключенные из позднейших изданий.

"С этого места видно подлинное лицо Крыма, лишенное всяких признаков излишне пряной и приторной красоты Южного берега. Мы отсюда как будто наблюдаем мастерскую природы, где в хаосе первозданного творческого порыва нагромождены друг на друга отвергнутые формы. Эти уходящие вдаль бесконечными планами мощные горные массы, меняющие под влиянием освещения свой лик, кажущиеся то тяжелыми, суровыми и грозными, то воздушно-легкими, призрачными и радостными, дают нам возможность представить ту грандиозную игру природных сил, ареной которой в незапамятные времена был Крым. Бесконечные катаклизмы, подъемы, опускания, сбросы и провалы, в результате которых лицо прибрежного Крыма избороздилось глубокими морщинами сильных страстей. Становятся понятными те неестественные, невероятные, часто фантастические изломы, которые представляются нашему глазу в разрезах известняковых скал и напластованиях глинистых сланцев, те невероятной мощности горные пласты, которые так хорошо видны с берега у подножия Сокола: подкладка из глинистых сланцев, прослойка конгломерата, слои песчаника, придавленные, наконец, массами известняка, в свою очередь прикрытого почвенными наносами..."

Спуститься с Сокола можно обратно в Новый Свет или на шоссе - в районе Чертова пальца или поселка Уютное.

АЛЧАК

Алчак (в переводе - низкий) - самая миниатюрная из вершин, окружающих Судакскую долину. Ее высота - 152 метра над уровнем моря. Это древний коралловый риф, как и многие другие близлежащие вершины - Крепостная, Сокол, Орел. В 1988 г. мыс Алчак, площадью 55 га, был объявлен заповедным.

Гора не может похвастать обилием исторических памятников, однако и здесь были сделаны интересные археологические открытия. У подножия Алчака была обнаружена стоянка эпохи бронзы, а в 1959 г. археологи нашли здесь клад боспорских монет III века новой эры.

Подъем начинается в конце набережной, там, где в море впадает река Суук-Су (с татарского - холодная вода); более древние ее названия - Судак и Алепхор. Река эта обычно тихая и спокойная, ее легко перейти по камням, не намочив ног. Но не раз бывало, что спокойная речушка превращалась в бурный, ревущий поток.

По воспоминанием старожилов, в августе 1914 г. здесь произошло большое наводнение. Многие связывали стихийное бедствие с началом войны, видели в нем перст Божий. Воды тропического ливня устремились с гор в долину, неся с собой камни, ил. На месте детского лагеря "Чайка" находился дом помещицы. Ее спасли на баркасе, который подошел с моря прямо к окнам второго этажа. Виноградники занесло илом, наносы которого достигали аршина (70 см). Женщины и дети буквально откапывали кусты, а гроздья отмывали в воде.

Еще одно наводнение запечатлено на известной картине И. К. Айвазовского "Ливень в Судаке" (1897 г.). Как известно, дача художника находилась в нескольких сотнях метров от устья Суук-Су.

 

Если, покинув набережную, мы попытаемся обогнуть Алчак по тропе, идущей вдоль моря, путь нам скоро преградит непроходимый участок - Чертово ущелье. Это голая, отвесная стена, переходящая в глубокий обрыв. Еще в начале XX века здесь проходила экипажная дорога, ведущая из Судака в Капсельскую долину.

Поднимаются на Алчак чаще всего в лоб, через форму выветривания "Эолова арфа". В самом начале подъема мы увидим синие метки, обозначающие тропу, ведущую к вершине. По ним мы и будем ориентироваться в дальнейшем.

Гора почти совершенно лишена растительности; лишь изредка местность оживляют одинокие кустики можжевельника. По пути можно увидеть многочисленные белые жилы кальцита и его разновидности с двойным лучепреломлением исландского шпата. Геологи обнаружили на Алчаке сульфид железа - золотистый пирит и даже мелкое самородное золото. В 1937 г. здесь было добыто 19 тонн кальцита, из которого в процессе обогащения получили 0,2 кг маломерного оптического сырья. Оставшиеся после выработок шурф и штольню можно увидеть на западном склоне горы.

С давних времен ходили по Крыму слухи и легенды о добыче здесь в прежние времена золота, которые подтверждались и обилием золотых изделий, находимых в скифских курганах. Мартин Броневский сообщал в XV/ веке, что золото добывалось в горах между Крымом (совр. Старый Крым) и Каффой.

На рубеже XIX - XX веков вопрос о золоте несколько раз поднимался на страницах местных и столичных изданий. Способствовало этому большое количество золотистого пирита, который намывали из глин. Местные ребятишки играли красивыми кристалликами, обменивались ими.

Геолог Н. А. Головкинский отмечал, что кварцевая галька в окрестностях Судака "была заподозрена приезжими искателями на содержание золота". С. Филиппов в книге, изданной в 1899 г. в Москве, рассказывает: "Недавно в Судаке открылось еще новое богатство, весть о котором всполошила всю округу и пронеслась с быстротой молнии по России. Некий горный промышленник, г. Курбатов, отыскал здесь следы золота в кварцевых голышах недалеко от развалин крепости, в версте от устья речки. Продолжая исследовать, он убедился, что в бухтах Судака очень много этих золотистых кварцев. Проба дала на один пуд гальки 10 долей золота. Г. Курбатов немедленно заявил об этом куда следует и оградил местность заявочными столбами. Будет ли Судак новым Эльдорадо или нет, но эта находка, быть может, окажет ему серьезную услугу: на него, наконец, обратят внимание, которого он вполне заслуживает".

Заявочные столбы появлялись на судакском пляже и позднее, в начале XX века. Обычно это приводило к заметному повышению цен на земельные участки. И только гораздо позднее, в 1960-е гг., несколько золотин было обнаружено в окрестностях Судака и Коктебеля, а в 1985 г. - на западном берегу Крыма, в районе Песчаного и Николаевки. Ученые пришли к выводу, что золото восточного побережья имеет местное происхождение, а на западное побережье попало издалека. Очевидно, что находки природного золота в Крыму имеют только научное значение.

Но вот и вершина. Оставив на время тропу, осторожно приблизимся к обрывам юго-восточной вершины. Дух захватывает от безграничности мира и безбрежности плещущегося далеко внизу моря. Позади остались новосветские красоты, Крепостная гора, увенчанная Девичьей башней. А впереди, на востоке, открываются новые горизонты, надежно укрытые от наших глаз прежде.

За Алчаком раскинулась пустынная Капсельская долина, о которой А. С. Грибоедов писал в 1825 г.: "Скучные места, без зелени, без населения, солонец, истресканный палящим солнцем, местами полынь растет, таким образом до Козской долины, где природа щедрее и разнообразнее".

Дальше на восток, уже совсем близко от нас, возвышается гора Меганом (с греческого - большое поселение). В прошлом веке на ее склонах еще сохранялись внушительные развалины. Камень с них интенсивно разбирался на строительство деревни Токлук (совр. Богатовка), и до нашего времени городище не сохранилось.

В средние века у Меганома был карьер, камень из которого использовался при строительстве крепости в Судаке. До настоящего времени у карьера находят заготовки архитектурных деталей. До 1960-х гг. там имелись и штабеля уже готовых к отправке плит и блоков серого сланца. Они были использованы во время реставрационных работ в крепости.

Воспетый М. Волошиным и О. Мандельштамом Меганом стал одним из символом Киммерии. Невозможно не привести одно из коротких стихотворений М. Волошина:

Перепутал карты я пасьянса.

Ключ иссяк, и русло пусто ныне.

Взор пленен садами Иль-де-Франса,

А душа тоскует по пустыне.

Бродит осень парками Версаля,

Вся закатным заревом объята...

Мне же снятся рыцари Грааля

На суровых скалах Монсальвата.

Мне, Париж, желанна и знакома

Власть забвенья, хмель твоей отравы.

Ах! В душе - пустыня Меганома,

Зной, и камни, и сухие травы.

Вдоволь налюбовавшись открывающимися с вершины Алчака далями, возвращаемся на промаркированную тропу, спускаемся к морю в районе Чертова ущелья и по берегу возвращаемся в Судак.

 

АЙ-ГЕОРГИЙ

Гора Манджил, возвышающаяся над Судакской долиной с восточной стороны, высшая точка хребта Токлук (500 м над уровнем моря). Вторым своим названием Ай-Георгий - гора обязана монастырю святого Георгия, который располагался у ее подножия в средние века.

Ай-Георгий хорошо просматривается из любой точки города. Безлесая обрывистая вершина, увенчанная практически незаметным снизу триангуляционным знаком, левее ее - обрывы тысячелетних скал и густые непроходимые леса, правее, на южных отрогах - почти безжизненные сыпучие балки и овраги.

Если вы решили покорить Ай-Георгий, следуйте из центра города по улице Гагарина и далее по Коммунальной. На самой окраине Судака сохранились с XIX века так называемые французские винные подвалы. Дальше по пути, за городским кладбищем, находится урочище Ачиклар. В первой половине XIX века в урочище располагалось первое в России училище виноградарства и виноделия, о котором стоит рассказать подробнее.

В 1798 г. на юг России была снаряжена экспедиция "государственного хозяйства" для изучения состояния хозяйственных дел и разработки мероприятий по развитию виноградарства и виноделия. В числе мер, направленных на подъем этой отрасли, экспедиция предложила устройство казенных училищ виноделия на Тереке, Дону и в Тавриде. Доклад о создании училища в Тавриде был подготовлен географом-натуралистом К. Габлицем и утвержден 3 июня 1804 г. Основными районами для размещения училища в Крыму были предложены Судакская и Козская (Солнечная) долины. Создание училища в Судаке и руководство им было поручено П. С. Палласу, который жил тогда в Судаке.

Под усадьбу училища Паллас выбрал участок земли размером в 30 десятин в восточной части Судакской долины, у подножия горы Ай-Георгий. Урочище называлось тогда Гекчиталь, позже - Ачиклар. Второй участок, в 30 десятин, был выбран в Козской долине. Кроме того, училищу были отданы "казенные, запущенные сады виноградные и фруктовые" в Судакской, Козской, Отузской, Вороненой долинах, а также две десятины сада Тюремникова.

В 1804 г. началось строительство жилых и служебных помещений. Рабочими в училище были назначены 20 рекрутов, которые должны были отбыть в училище весь срок солдатской службы, равный 25 годам.

15 августа 1804 г. в Судак прибыли 10 подростков 15-16 лет, из Херсонского, Перекопского и Ахтиарского военно-сиротских домов. Это были Петр Симагин, Павел Сидоров, Иван Симаков, Егор Князев, Терентий Картищев, Иван Синцов, Семен Заворухин, Максим Лукьянов, Аверьян Агулков, Андрей Шилимов. Каждый из них получал солдатский паек и 80 рублей жалования в год. Срок учебы был равен 25 годам. По мере получения достаточных знаний и навыков во всех приемах виноделия и виноградарства воспитанников переводили в подмастерья, а потом в мастера.

Преподавали в училище приглашенные из-за границы специалисты. Из Франции были вызваны два винодела и купор. Посадочный материал поступал с Кавказа, из Кизляра, Астрахани, а также из Испании, Франции, с островов Эгейского моря, берегов Рейна.

В 1805 г. закончилось строительство трех каменных корпусов - помещений для смотрителя, виноградарей и служителя. В 1808 г. был достроен погреб.

П. С. Паллас был смотрителем училища с 1804 по 1810 г. Он первый обратил внимание на важность рассортировки виноградных лоз, на подбор места для различных сортов. За тем смотрителями были голландец Вандершкруф и Катауров.

В "Отечественных записках" П. Свиньина за 1825 г. констатируется, что, несмотря на все пожертвования и попечения правительства, за 20 лет работы "заведение cue принесло весьма мало пользы Отечеству и не выполнило ни одного из видов благотворного правительства".

Далее подробно рассматриваются некоторые причины, "остановившие достижение цели сего полезного предприятия".

Так, указывается, что лозы казенных виноградных садов "совершенно перемешаны и столь мелко посажены, что подвергаются великому повреждению во время жаров, теряя от оных в июле месяце лист, а в дождливые осени кусты сии выгоняют не в свое время побеги". Неудовлетворительным было состояние погреба, на постройку которого израсходовали 4500 рублей. Он был недостаточно углублен в землю, часть погреба находилась поверх земли. Летом в нем бывало тепло, а зимой холодно. Стены, сложенные из глины, во время сильных дождей пропускали воду, отчего в погребе распространялась гниль.

Большая часть помещений училища уже не годилась для проживания в них. Даже плетень, которым был огорожен виноградник в 1818 г., находился в самом жалком состоянии и плохо защищал не только от зайцев, но и от бродячего скота. Такое положение дел застал ученый-винодел А К. Боде, назначенный смотрителем училища в 1824 г.

Барон Карл Карлович Боде был родом из Франции, графства Соарбренского, где вместе с братьями и сестрами имел значительные владения. Покинув Францию во время революции, по указу Павла I в 1797 г. они получили 200 душ и Ропскую мызу под Санкт-Петербургом.

Двумя годами позднее, в девятнадцатилетнем возрасте, Карл Боде поступил в Смоленский драгунский полк, но, прослужив всего лишь год в чине прапорщика, подал в отставку и перешел на гражданскую службу в Пензенское гражданское училище. Он присягнул на верность России в 1807 г., а затем, в 1815 г., в Крыму, изменил и свою веру, перейдя из католичества в православие. Поэтому с 1815 г. по всем документам он проходит уже как Александр Боде.

5 марта 1808 г. он устраивается переводчиком в феодосийскую почтовую таможню. Постепенно приобретает земли в Крыму: 350 дес. в Судакской долине, где разводит сад и виноградник, сад и каменный дом в Старом Крыму получает в качестве приданого жены.

Сделавшись смотрителем училища, барон предпринял энергичные меры, направленные на улучшение ситуации. Началась пересадка лоз с углублением на ровном месте в аршин, а на косогорах в 1,5 аршина. Приступили к постройке нового прочного дома на территории училища. Был подан проект приведения в надлежащее состояние фонтана, и предложено обнести сад каменным забором с колючками наверху, с решетками в некоторых местах. Барон стал наделять прослуживших десять лет в мастерах и подмастерьях учеников земельными участками, а женатым служителям дал возможность завести собственные домики и хозяйства.

Боде постоянно искал новые агротехнические приемы и применял их в виноградарстве. Впервые в Крыму была введена рядная и разреженная посадка лозы, организованы плантации без полива и плантации на небольших склонах гор. Удивительным для всех оказался такой агротехнический прием, как обрезка лозы.

Просуществовав до 1847 г., училище сыграло заметную роль в развитии отечественного виноградарства и виноделия. Впервые в России началась подготовка отечественных специалистов в этой отрасли. Училище накопило большой опыт, который был использован в дальнейшем. Его воспитанники принимали участие в организации Магарачского училища в 1828 г. и Бессарабского училища садоводства в Кишиневе в 1842 г.

За годы существования училища в Судаке было получено 19 сортов белого и 16 сортов красного вина. Для улучшения качества вин применялась его длительная выдержка в подвалах. С 1822 по 1828 г., кроме обычных вин, здесь изготавливалось шампанское. Известный винодел А. Иванов отмечал, что Судакская долина была тем местом, где "прежде всего возникло производство шампанских вин в Крыму".

Миновав городское кладбище и бывшие теплицы совхоза-завода "Судак", которые располагались на месте училища, и далее пару искусственных прудов, мы увидим правее дороги хорошо утоптанную тропу, ведущую в сторону вершины.

Подъем достаточно умеренный. Тропа ведет нас по редколесью из дуба и граба. Есть тут и сосновые посадки. В начале подъема по безжизненным оврагам можно увидеть цветущие и плодоносящие все лето каперсы. Это травянистые, стелющиеся растения с крупными розоватобелыми цветками и зелеными ягодообразными плодами. Благодаря корням, длиной иногда до 10 - 15 метров, каперсы не боятся ни жары, ни засухи и могут расти на самых неудобных землях.

Зеленые плоды каперсов употребляют в свежем и сушеном виде. В прежние времена их сушили впрок и употребляли вместо сахара. Бутоны каперсов в соленом и маринованном виде издавна употреблялись в качестве приправы к мясным блюдам, а квашеные молодые побеги вместе с цветками - как холодную закуску. В XIX веке в окрестностях Судака жители собирали ежегодно около 500 пудов бутонов и в соленом виде вывозили в Феодосию и Симферополь. В 1898 г. собранные в Отузской долине, в окрестностях Карадага каперсы заслужили похвальный отзыв на Всероссийской выставке в Нижнем Новгороде.

С левой стороны, в некотором отдалении, параллельно тропе проходят два глубоких оврага. За ними, там, где заканчиваются посадки сосны, просматривается несколько зеленых лужаек. На одной из них можно разглядеть бесформенную кучу булыжника, вздыбленную террасированной распашкой. В этом месте находился средневековый греческий монастырь во имя св. великомученика Георгия. По сообщению архиепископа Гавриила, место опустело при выходе отсюда греков в конце XVIII века, а свод и стены обрушились, так что остались только развалины.

Позднее, при раскопках, в кладке его стен была обнаружена плита с посвящением богине Деметре. Так, по словам А. Полканова, встретились боги языческий и христианский. Можно предположить, что христианский монастырь появился на месте более древнего языческого храма. Если это предположение правильно, то возраст культового сооружения у подножия Ай-Георгия может превышать две тысячи лет.

От остатков монастыря продолжаем подъем вдоль оврагов, теперь уже без всяких тропинок и дорожек. Временами приходится продираться через заросли шибляка, однако все препятствия на этом отрезке пути вполне преодолимы. Мы держим путь к источнику с прекрасной питьевой водой. Заросли камыша - желтое пятно ниже вершины, видное издали, - четко указывает его местонахождение. Источник очень обилен, он не пересыхает даже в самое жаркое лето. Когда-то воды Ай-Георгия снабжали всю Судакскую долину и даже Дачное - Таракташ. Остатки керамических труб разных времен встречаются на Ай-Георгии повсеместно.

Отдельного описания в "Отечественных записках" 1825 г. удостоился водовод, проведенный с "высокой горы" для нужд училища. "Он мог бы быть весьма обилен, если б проводные трубы углублены были более в землю, а то они проведены почти по поверхности и в иных местах едва покрыты землею на четверть аршина. От сего случается весьма часто, что они повреждаются то скотиною, которая, наступая на них, проламываются, то от пастухов, кои по лености, желая напиться, разрывают трубы и, выбивая из них верешок, подвергают таким образом целый фонтан засорению. Худое устройство оного причиною также, что труба часто от холода лопается, а от жару вода так нагревается, что с трудом можно ее употреблять. Нередко от того или другого она совершенно изсыхает, и тогда целое заведение сие, состоящее из 100 душ обоего пола, с большим количеством разного рода домашнего скота, остается без капли воды на неделю и более".

От источника по хорошо утоптанной террасе возвращаемся на тропу, покинутую ради осмотра остатков монастыря. Скоро мы окажемся на седловине между вершиной Ай-Георгия с одной стороны и холмом с нарезанными террасами - с другой. Авторы путеводителей рекомендуют покорить вершину с этого места в лоб, любезно предупреждая, что это - самый трудный участок подъема. Мы же, вооружившись пословицей "Умный в гору не пойдет", идем дальше по тропе.

Петляя по склонам, тропа одаривает нас разнообразными пейзажами: горы Алчак и Меганом, урочища Капсель и Сарыкум. По пути нам встретится еще один источник, больше похожий на неглубокий колодец. В свое время отсюда также тянулись вниз водоводы. Еще относительно недавно вода наполняла в долине резервуары, предназначенные для водопоя скота.

После очередного поворота взору открываются виноградные плантации совхоза-завода "Солнечная Долина". На границе их находится обширный каменный сарай основательной постройки. Это складское помещение времен Л. С. Голицына, относившееся к системе винных подвалов Архадерессе. Можно зайти внутрь, хотя и не очень приятный там вид и воздух. Помещение использовалось в недавнее время для хранения химических удобрений. Несколько лет назад химию вывезли, но запах остался.

Гора Ай-Георгий остается позади. От заброшенного склада совсем недалеко до села Миндального. В селе меньше десятка домов. А над ними возвышаются старые постройки с островерхими башенками и каменными зубцами. На железных воротах надпись "Архадерессе". Здесь находятся знаменитые винные подвалы совхоза-завода "Солнечная Долина". На потемневших от времени стенах строений видны надписи "1893", "1895". В эти годы здесь закладывались винодельня и подвалы.

Архадерессе переводится с татарского как "спина оврагов". На эти пустынные места обратил внимание князь Л. С. Голицын, искавший земли для разведения шампанских сортов винограда. Его привлек сюда содержавшийся в почве кремний, который должен был сообщать особую тонкость и букет винам.

В 1888 г. Голицын продал заочно в Петербурге 240 десятин своего Токлукского имения князю Горчакову. Горчаков поручил Льву Сергеевичу управлять имением. На средства Горчакова Голицын засадил больше 100 га виноградниками правильной посадки, европейскими сортами. Культивировались и местные сорта. Появились ветрозащитные посадки из миндаля; они сохранились до сих пор и дали современное название селу Миндальному. Были построены винные подвалы общей емкостью 200 тыс. дкл.

В октябре 1899 г. Горчаков впервые прибыл в свое имение. Увидев окрестную пустыню, он посчитал себя обманутым, рассорился с Голицыным и приказал новому управляющему не пускать больше Голицына в имение. После этого имение не приносило ни доходов, ни убытков, но самоокупалось. Весной 1920 г. Горчаков прибыл в Феодосию, вызвал управляющего и винодела и объявил им, что все вино он продал, сам уезжает в Италию, а рабочим и служащим больше платить не будет.

Горчаковские подвалы сохранились до нынешнего дня. Территория вокруг них благоустроена и украшена. Винподвалы окружены ажурной оградой под старину. Между огромными 60-тонными емкостями растет голубая ель, цветут розы.

Из Миндального по почти пустынному шоссе дойдем до села Богатовки (бывшее Токлук). В наше время село не имеет заметных памятников истории или архитектуры. Еще недавно в окрестностях Богатовки сохранялись таврские захоронения - дольмены. Татары в прошлом называли их Эскимесарлык, что переводится как старое кладбище.

Архиепископ Гавриил свидетельствует: "при деревне Токлук, помещика Спайдаки, были три древние греческие храма: один во имя "св. пророка Илии", другой во имя "св. великомученика Георгия", а третьему ни жители татары, ни сами помещики наименования не припомнят, ибо, переселясь сюда, нашли уже одни развалины".

Далее Гавриил пишет: "В 7 верстах от означенной деревни, во глубине леса, принадлежащего также г. Спайдаки, видны фундаменты и несколько разбросанных камней, оставшихся после двух древних греческих монастырей. Один из них был во имя "св. Иоанна Златоустаго". С другой стороны его находится источник. Другого, стоящего неподалеку, наименование неизвестно. Лес, их окружающий, в прежнее время принадлежал монастырям".

Богатовка - второй и последний населенный пункт на нашем пути. У села начинается расщелина между двумя отрогами Ай-Георгия. В расщелине мы увидим ведущую в сторону вершины старую дорогу, укрепленную подпорными стенами. По ней мы и двинемся дальше. Дорога скоро превратится в тропинку, а затем и вовсе затеряется среди леса. Дальше надо идти, придерживаясь общего направления к вершине, стараясь во всех сомнительных местах брать выше.

Вершина Ай-Георгия, как единодушно указывают все авторы путеводителей, прекрасная обзорная точка. Вдоволь налюбовавшись открывшимся нам просторами, спускаемся по южной стороне к тропе, по которой мы начинали свое путешествие, и по ней возвращаемся в Судак.

ПЕРЧЕМ

Перчем (в переводе - грива) - самая высокая гора в окрестностях Судака. Она растянулась на западе целой грядой, имея не одну, а несколько вершин, и трудно сказать с полной определенностью, какая именно из них достигает 576 м над уровнем моря.

Перчем не настолько эффектен внешне, как многие его соседи - Алчак, Сокол, Ай-Георгий. Он гораздо реже попадает на полотна художников, экраны телевизоров, в затворы фотоаппаратов. Однако, как отмечал П. С. Паллас, каждая из судакских гор "представляет что-либо примечательное для натуралиста; поэтому эти горы нужно осматривать отдельно".

Для историка же Перчем - едва ли не самая интересная из всех судакских вершин. Следы человеческой деятельности различных эпох обнаруживаются здесь повсюду. Так, Паллас в конце XVIII века видел здесь еще действующие каменоломни; из добываемого плотного песчаника изготавливались мельничные жернова, другие изделия. Целый склад средневековых жерновов затерялся на склонах горы, в почти непроходимых лесных зарослях.

В наше время в различных местах здесь проводятся археологические исследования. Естественным продолжением Перчема в этом отношении являются горы Сандык и Сыхт-Лар, протянувшиеся в сторону Нового Света и села Веселого.

А. Полканов рекомендует начать восхождение на Перчем с расщелины горы Голой. Пройдем и мы туда, от автостанции или с другого удобного места, через лабиринты периферийных судакских улочек и далее по виноградникам. По пути, с виноградника, открываются живописные виды на море, крепость, Алчак, Ай-Георгий и далее по кругу - Таракташ, Бакаташ... Воистину, чтобы насладиться захватывающими пейзажами из серии "с высоты птичьего полета", далеко не всегда нужно карабкаться в гору. Подумаем об этом на досуге.

Во всех одиннадцати изданиях книги "Судак" А. Полканов широко рекламирует находящийся в расщелине "...серный источник, почитаемый татарами целебным, о чем свидетельствуют клочки материй, оставляемых на растущем близ него кусте". В 1830 г. директор училища виноделия А. Боде писал, что "источник мог бы доставить многим больным великое облегчение". В 1834 г. Монтандон на страницах первого путеводителя по Крыму отметил, что сюда приходят издалека, и "лечение часто дает положительные результаты".

Сегодня ни источника, ни куста с клочками материй здесь не увидеть. Зато стоит неподалеку, между виноградными плантациями и глубоким оврагом, неприметный домик с массивной железной дверью. Рядом обычно не бывает ни души. Если вам удастся проникнуть внутрь, - а нам когда-то удавалось, - вы обнаружите обычный водопроводный кран, из которого польется вода с резким, характерным запахом. Вода источника поступает отсюда в дом отдыха "Судак" для целей, далеких от медицины. Существуют проекты использования целебных свойств источника по прямому назначению - для излечения больных.

В расщелине горы Голой находится пещера. Феодосийские спелеологи из клуба "Карадаг" дали ей название Судакская. В этом месте уместно вспомнить о существовании множества легенд и разнообразных слухов о судакских подземельях и древних подземных ходах.

Самый большой комплекс легенд на эту тему связан, конечно, с Судакской крепостью. Рассказывают, что в 1475 г., когда турки после длительной осады ворвались в крепость, уцелевшие жители Солдайи укрылись в Консульском замке. Долго еще отбивались они от захватчиков, а затем турки вошли в замок, не встретив сопротивления, и не обнаружили внутри ни одного человека. Последние защитники скрылись через подземный ход. Именно поэтому, согласно легенде, Консульский замок и сохранился до наших дней почти неповрежденным - туркам не было смысла разрушать его, если они взяли его без боя. Согласно другой версии, защитники Консульского замка, воспользовавшись грозовой ночью, спустились с помощью веревочных лестниц по скале на берег и бежали морем на заранее припрятанных лодках.

В литературе мы встречаем четкое обоснование второй версии. А. Полканов пишет: "В восточном углу двора (Консульского замка) стена делает выступ, и здесь был выступ наружу. На месте заделанного окна была ранее небольшая дверь, выводившая на узкую, едва видную тропинку, спускающуюся до половины откоса скалы, откуда она обрывается. По-видимому, это был запасный выход на случай бегства или вылазки. Вероятно, в случае надобности он уширялся деревянным помостом, от которого вниз спускалась лестница. По этому ходу, по преданию, спаслись остатки генуэзцев в 1475 г., когда крепость была взята турками, и сели на подошедшие галеры". И далее: "Легенды говорят еще о двух подземных ходах - здесь и в Кыз-Куле".

Вполне очевидно, что и с Консульского замка, и с Кыз-Куле (Девичьей башни) такой ход реально должен был вести только к морю, а не в сторону горы Перчем, как утверждают старожилы. Н. Лапин также упоминает "ныне заваленный" подземный ход к морю, начинающийся в Консульском замке.

Некоторые знатоки помещают вход в подземный ход у нижнего яруса обороны, в районе башни Пасквале Джудиче. По словам О. И. Ивановой, бывшего директора заповедника "Судакская крепость", лозоходцы с помощью биолокации обнаружили подземный тоннель шириной полтора метpa и высотой около двух, соединяющий крепость с подножием Перчема. Ход хорошо сохранился, только в нескольких местах имеются завалы.

Согласно одной из легенд, подземный ход, берущий начало в крепости, выходит на земную поверхность в расщелине горы Голой. В подтверждение приводятся данные официальной науки о системе водоснабжения средневекового города. Одна из четырех веток водовода начиналась у подножия горы Голой. Легенда связывает воедино пещеру, подземный ход и средневековый водовод.

Первое серьезное исследование пещеры предприняли феодосийские спелеологи из туристского клуба "Карадаг", в семидесятые годы. Продвинувшись по узкой галерее на сотню метров и оказавшись в тупике, спелеологи обратили внимание на небольшую щель, уходящую влево от основного хода. Разобрав камни и преодолев еще метров пятнадцать, они снова остановились перед непроходимой щелью. Посвятив фонарем, обнаружили, что сразу за щелью лаз переходит в небольшую галерею, из которой доносилось журчание воды.

Снова пришлось крушить камни. Семь часов продолжали феодосийцы это занятие и пробились в галерею, по которой, то теряясь, то снова вырываясь на поверхность, бежал небольшой ручей. Какое-то время спустя возникло новое препятствие в виде большого каменного завала. Преодолели и его. Но вскоре дорогу, теперь уже окончательно, преградил вертикальный провал. Веревки под рукой не оказалось. Из колодца доносились интригующие всплески воды, а в свете фонаря просматривался ход, ведущий дальше, в неизвестность. Однако пришлось возвращаться.

Прошло много лет. Феодосийцы здесь больше не появлялись. Почему? Одна из возможных причин - неимоверная грязь внутри пещеры. Идти приходится, утопая по колено и глубже, вытирая всем телом скользкие стены, а иной раз даже вплавь. В подтверждение этих слов иногда у входа в пещеру можно увидеть брошенную одежду, до неузнаваемости перепачканную глиной, не подлежащую стирке.

Куда же ведет загадочный подземный ход? Куда бежит-торопится таинственный ручей, выходит ли он на земную поверхность? Пещера Судакская все еще ждет своих отважных исследователей. Однако очевидно, что преодолеть все возможные препятствия способны не просто профессиональные спелеологи, но истинные фанатики своего дела, вооруженные самым современным оборудованием.

От расщелины горы Голой можно идти разными путями. На север - проселочная дорога, покидая виноградники, через прекрасный сосновый лес приведет в Долину Роз, к обширным плантациям розы эфиромасличного завода. Этот маршрут рекомендует профессор И. М. Саркизов-Серазини в книге "По восточному Крыму" (1958 .г.). Можно двинуться от пещеры вверх по расщелине и подняться по тропе сначала на вершину Голой, а затем и на Перчем. Мы же, распростившись с рекомендациями маститых авторов, отправимся вдоль виноградников в сторону крепости. Преодолев перед последней виноградной плантацией не очень глубокий овраг, мы увидим перед собой остатки одного из средневековых монастырей Судакской долины.

В процессе раскопок, проводившихся в 1992 г., отчетливо проступили фундаменты стен и алтарная часть храма. Основать монастырь могли в VIII веке греческие монахи, бежавшие в Таврику из Византии в период иконоборчества. В XIII веке монастырь был разрушен ордынцами, возможно, даже сожжен, а его территория была превращена в кладбище.

Как следует из археологического отчета, "раскопки были вызваны непрекращающимися грабежами плитовых могил, обнаруженных при распашке территории под виноградник. К моменту раскопок были полностью разграблены две плитовые могилы с каменными перекрытиями, а на территории храма имелись многочисленные грабительские шурфы. Человеческие кости из разрушенных погребений были разбросаны по всему склону".

К этому можно добавить только, что произведенные археологические работы отнюдь не улучшили состояние древнего монастыря. Раскопки не были завершены. Частично вскрытым фундаментам и стенам предоставили полную возможность исчезнуть с лица земли. Сейчас, по прошествии нескольких лет, здесь отчетливо видны следы более поздних раскопок, но копались тут уже не археологи, а "кладоискатели". Летом места раскопа зарастают буйными травами. Вокруг разбросаны кости некогда захороненных в святой обители монахов и божьих угодников. Увы, именно таким образом достаточно часто и выглядят памятники глубокой старины после археологических исследований.

От остатков монастыря начнем подъем на Перчем по хорошо утоптанной и даже промаркированной тропе. Может быть, повторяя про себя строки из "Судакской элегии" Бориса Чичибабина:

Который раз, не ведая зачем,

Я поднимался лесом на Перчем,

Где прах мечей в скупые недра вложен,

Где с высоты Георгия монах

Смотрел на горы в складках и тенях,

Что рисовал Максимильян Волошин...

В этом районе в лесных чащах затерялись руины еще одного древнего храма. Храм почти исчез, от него осталась только бесформенная груда камней. Впрочем, мы не советуем ради поисков древних сооружений или по другим причинам покидать тропу. По мере подъема редколесье быстро превращается в густые, непроходимые дебри, забравшись в которые, будет совсем непросто вернуться к цивилизации.

Выбравшись на верхнее плато, некоторое время идем по цепочке полян на юго-запад, в сторону горы Сокол. Отсюда открываются "роскошные" виды на Судакскую долину и, с противоположной стороны, соседнюю Токлукскую, с селом Веселым. Перчем, как и Ай-Георгий, - хорошая обзорная точка.

По пути встречаются аккуратные посадки миндаля. За второй миндалевой рощей нужно отклониться от тропы влево и, спустившись к краю поляны, поискать другую тропу, ведущую вниз.

Оговоримся сразу - если на Перчеме вы впервые, отыскать нужный поворот будет не так просто.

Спускаться с горы легко и весело. Прямо под нами находится поселок Уютное. Во всей своей красе раскинулась внизу крепость; отсюда ее можно рассмотреть целиком, во всех деталях и подробностях. А дальше -город, море, за Судакским заливом - Алчак. А прямо по тропе, на небольшой седловине, высоко над городом, мы вдруг увидим руины еще одного древнего монастыря, которых, как мы убедились, так много было в окрестностях Судака в эпоху средневековья.

Христианство пришло в Крым уже в I веке по Рождеству Христову. Одним из первых здесь проповедовал апостол Андрей Первозванный, ученик Иисуса Христа, брат апостола Петра. Согласно "Житию", после долгого путешествия вокруг Черного моря Андрей достиг Тавриды. Он побывал в Боспоре (Керчь), Феодосии, а затем прибыл в Сугдею. Кипрский епископ Епифаний и Сафоний (IV в.) пишут: "Как передали нам предки, Андрей проповедовал Согдианам". Никита Пафлагон (873 г.), основываясь на древних сказаниям, сообщает, что Андрей проповедовал таврам.

Монашество, сыгравшее столь значительную роль в истории церкви, начало складываться в IV - V веках в Византии. Представители низов, проникнувшиеся ожиданием конца света, уходили в пустынные местности, где жили в одиночку или небольшими общинама во главе с аввами - отцами. Монашество стало распространяться в Египте, Сирии, Палестине.

Первооснователем монастырей-общежитий был Пахомий Великий (ум. в 346 г.). Около 320 г. он построил в Верхнем Египте монастырь Тавенисси - комплекс зданий, окруженных крепкой стеной, с кельями, трапезными, помещениями для богослужений. Монастырь имел свое хозяйство. Труд распределялся между монахами, от которых требовалось абсолютное послушание авве.

Обычно монастыри были или мужские, или женские. Но были и "двойные". В этом случае две обители представляли собой единый комплекс зданий и подчинялись общему управлению. Такие монастыри просуществовали до V/// века.

Широкое распространение получило всякого рода подвижничество. Среди монахов были ходившие нагими, не стригущие волосы, землеспальники, грязноногие, грязныши. Были и "пасущиеся", которые ходили нагими и питались травой и кореньями, стилиты (столпники), годами пребывавшие на столбах. В это же время появились и юродивые, а также множество бродячих монахов, которые превозносили свое невежество и свой аскетизм.

В 724 г., при императоре Льве III, ряд церковных иерархов Византии выступил против иконопочитания. Императорская власть приняла сторону иконоборцев, пытаясь использовать борьбу для подчинения себе церкви. Борьба против почитания икон давала также возможность присваивать церковные богатства. Государство испытывало постоянную нехватку драгоценных металлов, и императоры попытались обратить на государственные нужды богатства церкви. Начался конфликт между Львом III и патриархом Германом, который усматривал в иконоборчестве злейшую ересь.

В центре Константинополя была предпринята попытка уничтожить икону Христа. Произошло столкновение. Лица, снимавшие почитаемый образ, были растерзаны. На это последовали репрессии. Патриарх Герман был смещен и заменен иконоборцем Анастасием.

Наиболее энергичное сопротивление император встретил на окраинах Византии и за пределами страны. Центром пропаганды иконопочитания стал Дамаск. Недовольство охватило Элладу и острова Эгейского моря. В Риме в ноябре 731 г. был созван поместный собор, который осудил иконоборческую политику, не упоминая при этом имени императора. В Италии началось восстание. Византийские войска были разбиты или перешли на сторону папы. Только на юге - в Сицилии, Апулии и Калабрии - удалось удержать власть Византии.

В эти годы претерпел за веру Стефан Сурожский, епископ Сугдеи. По национальности Стефан был греком. Родился он в Каппадокии, с юности отличался благочестивостью и смирением. Слух о нем дошел до патриарха Германа, который пожелал его видеть. Стефан явился к патриарху и так ему понравился, что тот оставил его у себя. Однако в патриаршем доме Стефан оставался недолго. Стремясь к уединенной, безмолвной жизни, он подвизался в монастыре, а затем пустынножительствовал.

В это время в Крыму, в Сугдее, умер епископ. Граждане города просили у патриарха Германа нового епископа, притом такого, который мог бы справиться у них с различными кривотолками и ересями. Выбор патриарха пал на Стефана; он посвятил его в архиепископы и отправил в Сугдейскую епархию. По прибытии в Сугдею Стефан своей жизнью и проповедью достиг таких успехов, что через пять лет жители города и его окрестностей оказались христианами.

С началом иконоборчества по всем епархиям империи были посланы указы о прекращении почитания святых икон. Прибыли послы с указом и в Сугдею. Стефан заявил посланникам: "Не будет этого, не позволю народу моему отступить от закона Христова".

На другой день Стефан вместе с послами отправился в Константинополь. Император Лев III попытался убедить его отречься от почитания икон. Но Стефан отвечал: "Если ты меня и сожжешь и на части рассечешь, или еще каким-нибудь образом замучаешь, все претерплю за иконы и крест Господень". Разгневанный император приказал бить святителя и заключить в темницу.

После смерти Льва III в 741 г. на престол вступил его сын Константин Копроним. Супруга Константина много слышала о добродетели Стефана и упросила своего мужа отпустить его на Сугдейскую кафедру. В это время у нового императора родился сын, которого, по желанию императрицы, крестил Стефан. Константин, одарив архиепископа, с великой честью отпустил его в Сугдею, где он управлял по-прежнему делами верующих. Почуствовав приближение отшествия к Господу, Стефан поставил вместо себя архипастырем своего клирика Филарета и преставился в жизнь вечную 15 декабря 750 г.

Как добрый пастырь, Стефан прославился даром чудотворения при жизни и по смерти. Один житель города, именем Ефрем, слепой от рождения, которого святой при жизни оделял пищей, питьем и одеждой, услышав о смерти своего благодетеля, воскликнул: "Кто теперь мне поможет? Ведите меня к святителю, я хочу поцеловать ноги его". Когда слепого привели к телу Стефана, он плакал и рыдал - и вдруг прозрел.

Через несколько лет после смерти Стефана пришла в Сугдею великая рать русская из Новгорода во главе с князем Бравлином. Князь спустился побережьем Крыма от Корсуня (Херсона) до Керчи и осадил Сугдею. На одиннадцатый день он ворвался в город и, разбив двери, вошел в храм святой Софии.

На гробе св. Стефана был драгоценный покров и много золотой утвари. Князь Бравлин намеревался схватить покров, но у раки с мощами его внезапно постиг паралич. Тогда он приказал вернуть все похищенное от Корсуня до Керчи, но остался в прежнем положении. Св. Стефан предстал перед ним в видении и произнес: "Если не крестишься в церкви моей, то не выйдешь отсюда".

Преемник св. Стефана Филарет с местным духовенством крестил князя, а затем и его бояр. Бравлин почувствовал облегчение, но полное исцеление получил только после того, как дал обет освободить всех захваченных в Крыму пленных. Внеся богатые пожертвования на храм и почтив своим приветом местное население, Бравлин удалился из Сугдеи.

По мнению исследователей, в "Житии" описывается действительное событие из древней истории. Весьма точно передаются приметы жизни Сугдеи VIII века. Так, храм именуется св. Софией, что точно соответствует действительности. Запись в Синаксаре сообщает об обновлении св. Софии в 793 г., то есть примерно в одно время с опосинным нашествием. Крестил Бравлина преемник Стефана Филарет, который действительно возглавлял тогда Сугдейскую епархию.

При Константине Копрониме в 754 г. в одном из предместий Константинополя состоялся Собор. Он замышлялся как вселенский, но ни Рим, ни Александрия, ни Антиохия на нем не были представлены. Собравшиеся отцы церкви единогласно приняли положение о том, что иконопочитание возникло вследствие козней сатаны. Запрещалось иметь иконы в храмах и частных домах. Все "древопоклонники и костепоклонники", то есть почитавшие мощи святых, предавались анафеме.

После собора 754 г. наиболее решительным противником иконоборчества стало монашество. Это вызвало погромы монастырей. Так, в 770 г. в Эфесе монахам и монахиням предложили на выбор: немедленно вступить в брак и стать светскими лицами или быть ослепленными и изгнанными. Большинство подчинилось и оставило монашескую жизнь, но некоторые предпочли пострадать за веру.

Репрессии вызвали массовую эмиграцию монахов на далекие окраины империи. Как пишет В. Г. Васильевский, "Византия осиротела, как будто все монашество было уведено в плен. Одни отплыли по Евксинскому Понту, иные на остров Кипр, а другие в Старый Рим". Среди эмигрантов, попавших в Крым, были епископы, монахи, пресвитеры, а также мирские люди. Ими были основаны монастыри на горе Аюдаг, в Партените, Панеа в Симеизе, Чилтер-Коба и ряд монастырей вокруг Сугдеи. Иоанн Златоуст писал о людях, селившихся в монастырях за пределами городов: "Избегая городов и народного шума, они предпочли жизнь в горах, которая не имеет ничего общего с настоящей жизнью, не подвержена никаким человеческим превратностям, ни печали житейской, ни порочной любви".

Вокруг Сугдеи строились в основном мелкие обители, в которых проживало нередко от 4 до 10 обитателей. Они не обладали земельной собственностью и жили за счет ремесла, приношений и торговли святыми реликвиями. В одном из поучений Феодора Студита (нач. VIII века) перечислены группы ремесленников, живущих в монастырях: каменщики, плотники, художники, переплетчики книг, кузнецы, гончары, медники. Монахам предоставлялось широкое поле миссионерской проповеднической деятельности среди местного населения. Феодор Студит замечает, что Таврика была убежищем не только ради телесной безопасности, но и для спасения живущих там людей, находящихся во тьме и заблуждении.

В 787 г. в Никее состоялся седьмой Вселенский Собор, на котором иконоборчество было осуждено, а иконоборческие епископы отказались от своих убеждений. На этом закончился первый период иконоборчества в Византии. Представителем Сугдеи на Вселенском Никейском Соборе был епископ Стефан, тезка святого, покровителя города.

Позднее в Сугдее было еще два святых: св. Василий, упомянутый в греческом Синаксаре XIII века (память 9 января), и преподобный Савва, архиепископ Кавказский, скончавшийся в Сугдее, известие о котором помещено на поле греческой минеи XII века (память 2 апреля). Влияние православия на местное население было столь сильным, что многие татары, поселившиеся здесь, стали христианами. Об этом говорят записи в Синаксаре с 1258 г.: "Параскева, татарская христианка" (ум. в 1275 г.); "Иоанна, татарская христианка". Татары принимают даже монашескую схиму.

В XI - XV веках происходит массовое переселение в Крым армян. В одной из армянских рукописей XVIII века сказано: "В то время (в XIV в.) усилились мы и умножились и построили села и округа; князья и знатные люди, начиная от Карасубазара и Феодосии, горы и равнины заполнили церквами и монастырями. И построили мы сто тысяч домов и тысячу церквей и от страха перед гуннами крепостные стены в городе Феодосия".

Армянские монастыри в Крыму были истинными центрами армянской культуры. При них действовали школы, где известные ученые, риторы, философы преподавали родной язык и литературу, науки и искусства. В скрипториях писцы переписывали древние тексты и произведения современников; рукописи иллюстрировались миниатюрами, заключались в дорогие оклады из золота и серебра, украшались чеканкой, резьбой, драгоценными каменьями. Ныне рукописи крымских армян хранятся в Ереване (Матенадаран), Москве, Тбилиси, Санкт-Петербурге, а также в Париже, Вене, Иерусалиме, Венеции, Лондоне. Об архитектуре древних армянских монастырей дает представление хорошо сохранившийся в лесах у Старого Крыма монастырь Сурб-Хач. Верующие совершали паломничества из Армении в Крым. Представители Эчмиадзина и духовные отцы из других мест постоянно посещали Крым для сбора пожертвований.

Строились армянские храмы и монастыри и в Сугдее, где армяне проживали в большом количестве. В Синаксаре сказано, что армянские жители Сугдеи не являлись частными лицами, а имели свою церковь, составляя важное сообщество. Как пишет В. Микаелян, численность армянского населения была такова, что в латинских документах XV века город и его округ именовались "Большой Арменией". Это название встречается в грамоте римского папы Евгения IV от 18 августа 1432 г. епископу Солдайи Августину:

"Достопочтенному брату Августину, Солдайскому епископу, в тех частях Большой Армении, где находится Солдайская церковь".

Появление в Таврике в XIII веке западных купцов и основание итальянских колоний принесло католическую веру. В Сугдее и Каффе появились католические епископы; в то же время Сугдея оставалась традиционным центром православия. В XIV - XV веках в Каффе действовали три обители доминиканского и францисканского орденов.

Римская церковь сразу занялась отправкой миссионеров для обращения иноверцев и "раскольников" в христианство. В 1253 - 1254 гг. на восток через Сугдею отправляется первая католическая миссия, возглавлял ее Рубрик. С этого времени к народам Восточной Европы было послано множество миссий. Прибывавшие в Каффу миссионеры два-три года совершенствовались в изучении восточных языков, а затем, как писал Л. Колли, "с Евангелием под мышкой и крестом в руке, в белой шерстяной рясе... отправлялись в далекие земли монгольские... до самого Камбалюка (Пекина)".

Часть армян заключила унию с римско-католической церковью. Армянские униторы-доминиканцы открыли в Каффе свой монастырь. Некоторые армяне принимали веру и других народов, рядом с которыми проживали, - православие, ислам. Шел естественный процесс переплетения разных народов, приводящий к взаимному обогащению и развитию.

Мартин Броневский, посетивший Судак в XVI веке, пишет, что до турецкого нашествия, "по сообщениям христиан", число церквей в городе достигало нескольких сот. Позднее П. Кеппен подверг это сообщение сомнению, считая: "Сколь не славен был некогда Судак, однако ж нет сомнения, что Броневского известие о числе его церквей, которое якобы простиралось до нескольких сот, весьма преувеличено".

Оставим, однако, в стороне старые споры о количестве церквей в Судакской долине, согласившись с тем, что их действительно было немало. История некоторых из них могла насчитывать многие сотни лет. В отдельных случаях греческие православные монастыри возводились на местах древнейших языческих святилищ, а затем, в свою очередь, переосвящались в армянско-апостольские или католические. Таким образом, комплекс средневековых христианских монастырей Сугдеи, если бы таковой сохранился до наших дней, без преувеличения можно было бы назвать памятником истории мирового значения, как иллюстрацию многих событий различных эпох, происходивших в разных местах земного шара.

Но что мы имеем на рубеже XXI столетия от былого великолепия христианской Сугдеи, кроме нескольких храмов на территории заповедника "Судакская крепость"? От одних монастырей сохранились только названия - Ай-Савва, Ай-Георгий. От других - бесформенные, заросшие мхом развалы камней или почти незаметные остатки кладки.

Монастырь под вершиной Перчема сохранился относительно лучше других. Общая площадь его достигает 215 кв. метров. При строительстве его территория была засыпана щебнем, что позволило сровнять поверхность и создать ровную горизонтальную площадку. Монастырский комплекс состоял из храма, внутреннего хозяйственного дворика и жилого помещения - кельи, которая одновременно служила и трапезной. Перед входом в храм археологи обнаружили несколько погребений.

Возникший в VIII веке, монастырь был покинут в XV веке, в связи с турецким нашествием, и медленно разрушался на протяжении последующих столетий. Остатки его были надежно укрыты землей. После завершения раскопок памятник не был законсервирован и сейчас быстро разрушается. Этому способствуют не только природные стихии, но и, конечно же, люди, наши современники, мечтающие откопать здесь клад или просто проверяющие на прочность уцелевшую кладку.

В последнее время реставрацию исторических памятников зачастую связывают с возможностью окупить материальные затраты, с получением прибылей и сверхприбылей. Трудно сказать, удастся ли при проведении соответствующей работы привлечь к развалинам судакских монастырей экскурсанта в "промышленных масштабах". Наверное, это было бы даже нежелательно, с экологической точки зрения. Известно ведь: один человек оставит след, десять - тропу, сто дорогу, тысяча человек - пустыню. Но, может быть, не все на этом свете должно измеряться деньгами?

Сейчас, когда мы начинаем медленно возвращаться к Богу, когда каждый, и крупный, и самый мелкий, политик спешит объявить себя верующим или хотя бы агностиком, когда в Крыму и по всей Руси возрождаются порушенные и оскверненные святыни, - именно сейчас было бы особенно обидно окончательно потерять небольшие, скромные, но бесконечно очаровательные монастыри и храмы древней Сугдеи.

Мы должны, обязаны хранить нашу веру и нашу историю. Не только для своих потомков, но и для самих себя.

От развалин монастыря спускаемся по широкой тропе, уже изрядно выбитой ногами путешественников. Далеко внизу находится источник, по-видимому, обеспечивавший монастырь водой. С источником связана историческая легенда, которую мы передаем здесь в записи судакского журналиста А. Овчинникова.

"Нет, Надия не была ветреницей. Просто ярко светило солнце, были белыми облака, синим - море. Около банки, на которой сидел ее отец меняла, всегда толпился народ. Высокие и стройные русы, сладкоголосые греки, горячие кавказцы, гордые генуэзцы. Не только нужда заставляла их простаивать около банки хромого Ильи, но и возможность взглянуть на его дочь, которая иногда появлялась у конторки. Благонравной дочери, конечно, не разрешалось глазеть на посторонних мужчин, но Надии удавалось найти себе занятие неподалеку от отца.

С недавнего времени напротив их дома все чаще стал появляться высокий нескладный юноша, кажется, из духовных, судя по его хламиде. То, что он приходил не случайно, было видно по тому, как он пытался найти себе занятие. Указывал дорогу тем, кто не нуждался в его советах, влезал под колеса проезжавшей арбы, а потом выслушивал упреки арбакеша, служил переводчиком армянину-сапожнику, который знал все языки Судака.

Скоро Надия узнала, что зовут его Никита, он послушник Ай-Никитского монастыря. Единственным достоинством, отличавшим его от других ухажеров, были крупные печальные глаза, затененные густыми ресницами. А в остальном жених он был совсем никудышный. Стать попадьей? Нет. Но Надия держала его про запас. Несколько раз бросала на него томные взгляды, а однажды позволила ему выстоять рядом с собой обедню в храме святой Софии.

Тут появился красавчик офицер из дворцовой охраны. У него были тонкие усики, пламенный взгляд и ухватки заядлого сердцееда. Словом, все, что как раз и кружит голову юным девушкам.

Когда офицер пошел в прямую атаку на ее сердце, Надия вспомнила о Никите и решила позабавиться. С мальчишкой-рассыльным отправила ему записку, где назначила свидание на дальней окраине города, на Перчем-горе. Там женщины из Судака брали воду в источнике для стирки и мытья волос. Считалось, что девушке, помывшей волосы водой из источника, наверняка улыбнется ее любимый. Поэтому место свидания не вызвало удивления у Никиты. Но время... Ведь полночь - не лучшее место для прогулок.

Однако Никита отбросил сомнения. Как часовой, провел он всю ночь у источника. Вот хрустнула ветка. Не она ли идет? А может, ее задержала стража? Или разбойники?

С лучами солнца заснул измученный парень. Разбудили его женские голоса, которые обсуждали последние городские новости. Среди них была самая невероятная: православная Надия выходит замуж за генуэзца-католика. А венчаться они будут в католическом храме Сан-Пауло.

С трудом уяснил себе Никита, что речь идет о его любимой. Руку прокусил, чтобы не застонать. Лишь к вечеру утихла буря в его чувствах. А еще через день оформилась мысль: он никогда не услышит от Надии издевки, он вообще не увидит людей!

Неподалеку от источника Никита выбрал пещеру и поселился в ней. Днем прятался в глубокой нише, а ночью выходил к источнику. Никто не видел его: он всегда успевал скрыться. Сердобольные старушки оставляли около пещеры еду. Иногда он брал ее, иногда нет. О том, что его не стало, узнали по тому, что еда осталась нетронутой целый месяц.

Так появились в Судаке источник верности и скит неразделенной любви".

От источника спускаемся по тропе в поселок Уютное, мимо глубоких и очень живописных оврагов, по дну которых в дождливую пору обильно текут ручьи и струятся водопады.

ВЕСЕЛОЕ - КАРАУЛ-ОБА

Село Веселое расположено в десяти километрах от Судака по трассе Судак Алушта. Огибая гору Перчем, дорога проходит по Ай-Савской долине. Вместо традиционного виноградника на западной окраине города можно увидеть ныне заброшенные, зарастающие дикими травами плантации роз. Эти земли принадлежали эфиромасличному совхозу-заводу "Долина Роз", созданному в 1931 году.

Название долины происходит от греческого монастыря св. Саввы, который находился здесь в средние века. От него остались только название да старая легенда, записанная в начале века Н. Марксом и изданная в третьем выпуске "Легенд Крыма" (Одесса,1917г.).

Их было три старых, почти слепых монаха. Таких старых, что забыли бы, как их зовут, если бы не поминали каждый день за молитвой:

- Павло, Спиридо, Василевс.

Пришли татары, взяли крепость, сожгли Сугдею. Кто уцелел, бежал в горы. Разбежались и монахи. Только Павло, Спиридо и Василеве остались у святого Саввы, потому что куда бежать, если не видишь, что на шаг впереди. И еще потому, что, когда долго живешь на месте, трудно с ним расстаться.

В тот год раньше времени настала студеная зима и покрылись крылья Куш-Кая, Сокол-горы, снежным пухом. Сильнее прежнего гудел Сугдейский залив прибоем волн. Плакал, взвивался острый ветер ущелья. По ночам выл зверь у самой церковной ограды. А перед днем Рождества налетела снежная буря, и не могли старцы выйти из келий, чтобы помолиться в церкви. Уже несколько дней не встречались они и не знали, живы ли, нет.

Но в праздник Василевс, менее старый, чем другие, ударил в церковное било и, когда на зов его никто не отозвался, понял, что Павла и Спиридо покинули его навсегда. Взгрустнулось Василевсу. Видно, близок и его час...

Распахнулась тяжелая дверь. Оглянулся Василеве. У входа сверкнули мечи.

- Вот монах, - крикнул передовой и рванул Василевса за руку, чтобы показал, где скрыты богатства.

Потянулся Василеве взглядом к алтарю. Он последний, кто служил перед ним, кто благодарил Творца за радость жизни. Убьют его, запустеет храм, рухнут стены. И воззвал к Савве, чтобы спас обитель.

Точно спала на миг пелена с глаз. Озарилась церковь лучистым светом, и из-за престольного камня поднялся в свете высокий старик. И когда напавший ударил Василевса мечом и брызнула на пол его кровь, светлый старик коснулся рукой престольного камня. И из него истек источник живой воды.

Велик ты. Господь, и чудны дела твои. Прошли тысячи зим, мягких и суровых. Забыли в Ай-Савах о святом Савве. А источник бежит по-прежнему из-под престольного камня, и там, где пробегает светлый ключ, растут цветы и плоды, и радуется человек.

Такими словами завершается легенда Н. Маркса. И следа не осталось ныне от монастыря св. Саввы. Как свидетельствуют старожилы, остатки его в советский период попали в зону распашки. Но до сих пор журчит ручей неподалеку в лесу, вселяя надежду в души людей.

На десятом километре Алуштинской трассы в просторной Кутлакской долине раскинулось село Веселое (бывшее Кутлак). Как писал И. Головкинский в конце XIX века: "Кутлак - богатая деревня; в ней есть красивая мечеть, пользующаяся известностью в большом районе, и много хороших садов. Сады тянутся далеко от деревни, по широкой долине Мерьялиде, сбегающей к морю".

В окрестностях Кутлака добывался песчаник, известный под названием "судакский камень" и считавшийся лучшим в Крыму. Он использовался для изготовления мельничных жерновов. По описанию Палласа, происходило это следующим образом: "Жерновой камень из небольшой горы не так тверд и смешан больше с зернами глины, и кутлакские татары ломают его с большим трудом. Они сбрасывают его с горы и уже внизу обрабатывают, продавая его по различным ценам от 30 до 40 рублей за пару".

Сегодня село окружено виноградниками. Здесь преобладает марочное десертное виноделие. На заводе готовят кокур десертный Сурож, портвейн белый Сурож и другие марочные вина, которые отправляют на выдержку и розлив на головной завод "Массандра".

От Веселого нужно пройти четыре километра к берегу моря по асфальтированному шоссе. На последнем холме, слева от дороги, среди деревьев спрятался памятник. Надпись сообщает: "В память погибших при стихийном бедствии 9 июля 1967 г.". В списке двадцать фамилий.

Тогда между виноградников совхоза "Веселое" по сухому руслу реки Кутлак ехал автобус. Кроткий нрав речки был всем известен. Ее русло выровняли грейдером и превратили в дорогу, которая исправно служила людям не один год. В одной из балок в верховьях Кутлака был устроен пруд. Когда прошел ливень, масса воды прорвала заграждение и хлынула по руслу реки к морю. Автобус выбраться из русла не смог.

У памятника дорога делится на две. Правое ответвление выводит на отличный, частично благоустроенный пляж. Левое ведет к детскому лагерю-пансионату "Веселый", за которым виднеются недостроенные сооружения новой здравницы. Строительство ее оказалось замороженным. С восточной стороны над Кутлакскои бухтой нависают отроги Караул-Обы (Караульная вершина). Между детским лагерем и недостроенным пансионатом на западном отроге Караул-Обы над семидесятиметровым обрывом возвышаются развалины античной крепости. Историки определяют время ее существования со второй половины I века до н. э. до начала I века н. э.

Крепость занимает площадь около 2,5 тыс. квадратных метров. Она имеет прямоугольную конфигурацию с четырьмя башнями и одним бастионом по углам. Перед пологими северным и восточным склонами толщина стен достигала трех метров, а с южной стороны, над отвесным береговым обрывом, - всего 60 сантиметров. Высота стен с парапетом колебалась от четырех до шести метров. Внутри стен территория была плотно застроена.

Крепость была обнаружена в 1982 г. археологом И. А. Барановым. В ходе многолетних исследований ученые пришли к выводу, что принадлежала она Боспору. Поскольку Судакский регион находится на значительном отдалении к западу от предполагаемых границ Боспорского царства, возник вопрос о пересмотре представлений относительно величины его территориальных владений. Крепость античного времени превосходно сохранилась, и переоценить ее значение в изучении античного военно-инженерного искусства невозможно.

Построили крепость с целью борьбы с морским пиратством окрестных варваров. Здесь находился военный гарнизон численностью до ста человек. Служили в крепости, вероятно, боспорские наемники, которые нанимались из варварского населения Феодосии или варваров некрымского происхождения. Из Феодосии морем поступало снабжение.

Возведение крепости может быть связано со строительной деятельностью боспорского царя Асандра (около 47 - 17 гг. до н. э.). Время прекращения в ней жизни совпадает с правлением на Боспоре Аспурга (около 8 - 37/38 гг.) и, возможно, было связано с усилением противостояния Боспора и Феодосии, близко расположенной к крепости и поддерживавшей с ней тесную связь. Гарнизон был выведен, вывезены все ценные вещи, крепость разрушена. Бросили только лепные и крупные гончарные сосуды, простую кухонную и столовую посуду, а также разбитую в суматохе сборов изящную краснолаковую керамику.

Закончив осмотр крепости - одного из самых интересных археологических памятников в окрестностях Судака, спускаемся на широкий и просторный пляж. С запада Кутлакскую бухту замыкает мыс Ай-Фока, за которым расположено село Морское. В старом советском путеводителе переход из Морского в Кутлакскую бухту описан следующим образом: "Туристы идут по прибрежной тропе, туда, где обрывы мыса Ай-Фока все ближе подступают к морю. Кажется, что дальше нет пути. Однако, перелезши через отрог скалы, попадаешь на узенький пляж, заваленный каменными глыбами, по которым бегают шустрые крабы. А когда один из отрогов, врезавшись в море, как будто окончательно преграждает путь, внимательный глаз туриста отыщет тропку, взбегающую наверх, в обход этого последнего препятствия".

А наш путь лежит на восток, в сторону Нового Света, к каменному царству Караул-Обы. В конце пляжа найдем хорошо утоптанную и промаркированную красными метками тропу. Тропа ведет сначала вдоль береговых камней, затем, все дальше удаляясь от моря, по редколесью из можжевельника, сосны, фисташки. Новосветские можжевельники особенно любил рисовать Богаевский. Они, "похожие на тела из мускулов и сухожилий, лишенных кожи", - "в них какое-то средневековье, Дантов ад", - передает его слова художница Оболенская. Слева над тропой возвышается скалистая вершина Караул-Обы; склоны горы усеяны крупными валунами.

Вот уже остроконечные скалы преграждают дорогу. Сквозь узкую щель мы попадаем в небольшую, удивительной красоты долину. Неприступные стены возвышаются над головой, с трещинами, похожими на пещеры. Бывшие коралловые рифы, они до сих пор скрывают в себе остатки организмов, плескавшихся в теплом тропическом море сотни миллионов лет назад. У подножия скал растут древние фисташки полутысячелетнего возраста. Неподалеку плещут о берег морские волны, с шумом разбиваясь о береговые утесы. Легко представить себе былых хозяев этой первозданной долины - свободолюбивых и суровых тавров. Хочется отыскать их следы. На склонах горы еще можно обнаружить обломки грубой таврской керамики рядом с окаменевшим кораллом и обломком иглы морского ежа.

Тропа карабкается вверх по скалам. Мы поднимаемся ступенями каменной лестницы, вырубленными неизвестно когда. Там, где ступени заканчиваются, обновленные красные стрелки указывают продолжение тропы. Мы же немного отклонимся вправо; несколько шагов по каменному лабиринту - и взгляду открывается неповторимая панорама Нового Света и Судака. Мыс Капчик, гора Коба-Кая, часть поселка с пансионатами "Полет" и "Новый Свет", Сыхт-Лар, далее Алчак, Меганом, Ай-Георгий, гора Крепостная, улицы Судака, как фрагменты мозаики. А рядом с нами - выдолбленная в скале скамья, легендарная скамейка Голицына, на которой можно долго сидеть, восхищаясь безграничностью и красотой нашей земли...

Проведя нас по склонам горы, тропа начинает спускаться вниз и уводит в сторону поселка Новый Свет. Но мы еще не побывали на вершине. Поэтому, выбрав в подходящий момент другую, столь же хорошо утоптанную тропу, на время распрощаемся с красными метками и свернем влево. Новая тропа скоро выведет нас в зеленую, по весне ярко цветущую долину - Долину Тавров. Несколько минут ходьбы - и еще один поворот влево, ведущий к вершине. После короткого подъема мы попадаем в продолжение каменного царства. С левой стороны неожиданно откроется взору новая каменная лестница, вырубленная в трещине скалы, закрученная в виде спирали. Специалисты утверждают, что лестница сооружена еще таврами в незапамятные времена и только немного подновлена в новое время Голицыным.

Многие местные краеведы помещают в этом месте легендарный таврский храм богини Девы, жрицей в котором служила Ифигения, дочь царя Агамемнона. Археологическая наука локализует храм на мыс Фиолент или, второй вариант, на горе Аюдаг. Однако еще Дюбуа де Монпере высказывал мнение, что капища Девы могли существовать во многих местах полуострова, поскольку поклонявшиеся богине тавры жили по всему Горному Крыму. В районе современного Судака тавры проживали большой компактной группой. Могли ли они обойтись без своего храма?

Поднявшись ступенями лестницы, мы попадем в узкое ущелье - Адамово ложе. Стены его, увитые плющом, почти смыкаются над головой. Отсюда начинается целая система ущелий - таврских убежищ. Согласно легенде, таврские старики, женщины, дети прятались здесь во время вражеских нападений, когда мужчины уходили на войну.

Миновав Адамово ложе, мы окажемся у самой вершины Караул-Обы. Последний рывок - и мы наверху, на узкой скалистой площадке, откуда открывается грандиозная панорама. Здесь, наконец, немного проясняется смысл названия: Караульная вершина. С восточной стороны отчетливо видна возвышающаяся над Судаком гора Крепостная, увенчанная башней Кыз-Куле. С противоположной, западной, стороны виднеется мыс Агира с башней Чобан-Куле. Легко представить, что в средние века, а возможно, еще в античности, на вершине горы находился дозор. В случае появления неприятеля возгорался костер на Дозорной башне Судакской крепости. Мгновение спустя такой же костер появлялся на Караул-Обе, мысе Агира и далее по побережью, и, таким образом, сигнал тревоги моментально передавался по всему Южному берегу Крыма. На скальной вершине горы археологи обнаружили подтески, характер которых позволяет очень осторожно предположить размещение здесь в античные времена сторожевой башни, связанной с крепостью в Кутлакской бухте.

Бесконечно долго можно бродить по каменным лабиринтам Караул-Обы. Однако наступает время возвращаться домой. Мы снова находим покинутую ранее тропу, обозначенную красными метками, и движемся по ней в сторону поселка Новый Свет. Поход можно завершить купанием на Царском пляже. В 1912 г., находясь в Новом Свете, здесь купался император Николай II. Из поселка можно выехать в Судак рейсовым автобусом.

Экскурсия на Караул-Обу - одна из самых интересных и запоминающихся. Однако хочется верить, что судакская земля подарит нам еще немало встреч с удивительным и прекрасным.

МОРСКОЕ

Село Морское (бывшее Капсихор) находится в 16 километрах от Судака по трассе Судак - Алушта. Туда легко добраться пригородным автобусом.

Большинство сел, расположенных западнее Судака, известно со времен средневековья. На месте Приветного находилась деревня Скути, Зеленогорье бывшее Арпат, Громовка - Тассили. При генуэзцах эти деревни входили в состав Солдайского консульства, подчиненного Каффе.

Архиепископ Гавриил отмечал: "При татарской деревне Капсухор были два древних греческих монастыря во имя "св. пророка Илии". Теперь и следов их не видно. Поблизости одного сделан из текущего с гор источника фонтан, изобилующий чистою и здоровою водою". Имелась греческая церковь и в соседней деревне Шелен - так называлась Громовка в XIX веке. При Гаврииле она уже пребывала в руинах. Местные татары не знали причины ее разрушения и уверяли, что при своем заселении застали ее в таком положении.

После присоединения Крыма к России, когда шла раздача земель екатерининским вельможам, Капсихорская долина досталась правителю канцелярии Г. Потемкина Виктору Семеновичу Попову, прежде - правителю канцелярии Долгорукова-Крымского. Потемкин умер на руках В. Попова и своей племянницы, в 1791 г., в дороге, недалеко от города Ясс.

Давно известны климатические особенности местности. Больных здесь лечили солнечными ваннами. "Больного закапывают в нагретый солнцем песок, оставляя свободной только голову, которую затеняют покрывалом или зонтиком", - описывал в 1894 г. Н. А. Головкинский лечение на пляже в Капсихоре. В 1910 г. здесь возникла дачная колония, в которую входили Леонид Андреев, Федор Шаляпин.

Сейчас Морское - известный курорт. Здесь находятся пансионаты " Солнечный камень ", "Шахтер", "Зенит", детский лагерь "Прибой".

Летом 1981 г. здесь произошло событие, которое теперь мы тоже можем назвать историческим. Волею случая Морское стало родиной легендарной отечественной группы "Кино". Один из создателей группы, Алексей Рыбин, в книге "Кино с самого начала", подробно рассказывает, как это произошло.

Тем летом в Судак прибыли три молодых ленинградских музыканта - Виктор, Алексей, Олег. "В силу ряда причин, - рассказывает А. Рыбин, - мы по прибытии в Судак были довольно сильно голодны, измотаны и физически ослаблены. К тому же, поскольку все трое были, по собственному мнению, музыкантами, мы тащили с собой, кроме палатки, рюкзака со всяким добром и дорожных сумок, еще и две гитары. И вот со всем этим барахлом мы обосновались в какой-то судачьей столовой и начали подкрепляться".

До пляжа в тот день им добраться не удалось. Прямо в столовой состоялось знакомство с местными парнями, которые пригласили трех друзей в Морское, пообещав при этом "бесплатное питание в поселковой столовой, где один из наших новых друзей работал поваром, что, надо сказать, было свято соблюдено, и мы две недели бесплатно обедали в пляжном кафе".

Невозможно не привести еще несколько цитат из колоритного описания пребывания молодых музыкантов в Морском.

"Место для лагеря мы нашли очень быстро, на берегу ручья. Нам очень понравилось то, что вокруг было много деревьев и кустов - это решало проблему дров, а в ста метрах от будущего нашего лагеря торчала из земли железяка, которая при подробном рассмотрении оказалась колонкой, выдававшей, при приложении значительных физических усилий, некоторое количество чистой пресной воды. Деревья впоследствии оказались, правда, представителями какого-то невероятного вида, которые гнулись, да не ломались, да и не особенно-то рубились, а если и рубились, то вовсе не горели, а только смрадно дымились, шипели и извивались, как гады. Из-за этого нам с Цоем, я думаю, в первый и в последний раз в жизни, пришлось, к стыду своему, заниматься воровством: мы воровали дрова у местных жителей. Прогуливаясь прекрасными жаркими ночами по перспективам поселка, мы прихватывали невинно по одному-другому чурбачку из тех, что нерадивые хозяева иногда забывали затащить за забор".

А вечером они четыре часа без перерыва играли на небольшом местном Бродвее. "Таким образом, жители поселка Морское оказались первыми слушателями группы, которая впоследствии стала называться "Кино".

Следующим утром они пели и играли на берегу, у своей палатки.

"К этому времени все мы были несколько не у дел: группа "Пилигрим" уже развалилась, не выдержав творческих споров участников коллектива, "Палата" тоже молчала, в общем, все мы были как бы в творческом отпуске.

- Витька, слушай, мне, кстати, нравятся твои песни, - сказал я.

- А мне - твои, - сказал мне Витька.

- Давайте, может, сделаем группу, - я посмотрел на Олега.

- Это круто! - Олег улыбнулся.

- Давайте, - сказал Витька".

И здесь же, на берегу Черного моря, у палатки, началось серьезное обсуждение многочисленных организационных проблем. Тогда же возникло первое название группы - "Гарин и Гиперболоиды", которое впоследствии заменили на "Кино". А затем они снова пели, делали аранжировки, выбивая ритм на консервных банках.

"Репетиция немедленно началась и продолжалась с перерывами на купание и выпивку все оставшиеся у нас полторы крымские недели. Каждый вечер мы давали концерт для непривередливых селян, что очень помогало оттачивать и чистить все песни - селяне орали, пили, болтались мимо нас взад-вперед, что отвлекало от игры, но помогло нам научиться сосредотачиваться на музыке и уходить с головой в жесткий ритм биг-бита...

Юг нам быстро надоел. Тем более, что у новой группы, которая родилась под горячим крымским солнцем и уже покорила сердца южан из Морского, были теперь грандиозные планы относительно завоевания севера". Планы, которым суждено было триумфально осуществиться...

Покидая Морское, мы идем по шоссе или пляжу на запад, в сторону Алушты. Далеко впереди, на горизонте, видна цель нашего путешествия: Чобан-Куле Пастушья башня, расположенная на мысе Агира.

Шоссе проходит вдоль моря, всего в нескольких десятках метров от берега. Во время грозных осенних штормов волны легко достигают дороги, постоянно подмывая ее. Почти ежегодно требуется ее капитальный ремонт.

Шоссе поднимается на невысокий холм. До начала 90-х гг. здесь возвышался грандиозный, высотой в несколько метров, памятник десантникам. Сейчас от него остался только постамент и каменные ноги скульптурной группы. Уцелела табличка с текстом: "На этом месте в августе 1920 года высадилась группа коммунистов и военных специалистов Красной Армии во главе с Мокроусовым А. В. для организации партизанской борьбы в Крыму. В состав группы входили Папанин И. Д., Ефимов А. И., Погребной В. С., Кулиш Г. А., Васильев А., Муляренок С. А., Алейников Ф. Н., Григорьев А. В., Соколов Д. С." Уничтоженный памятник напоминал о событиях действительно интересных.

Алексей Васильевич Мокроусов был человеком с поистине легендарной биографией. Батрак, а затем шахтер в Донбассе и Глазго. Балтийский матрос, побывавший в Лондоне, Сиднее и Буэнос-Айресе. Политический эмигрант, участвовавший в рабочем движении Швеции, Дании, Австралии, Аргентины. В октябре 1917 г. он командовал моряками-балтийцами, которые захватили Петроградское телеграфное агентство. Мокроусов оборонял от немцев Херсон, Ростов, Таганрог, освобождал от деникинцев Фастов и Киев. Во главе отряда революционных моряков-севастопольцев он устанавливал советскую власть в Феодосии, а в Севастополе сформировал отряд, с которым отправился на Дон, воевать против Каледина.

Одним из первых для участия в десанте к Мокроусову присоединился И. Д. Папанин, будущий полярный исследователь, дважды Герой Советского Союза.

Наступил момент осуществления операции. В море из Новороссийска вышли два катера - "Витязь" и "Гаджибей". Но... подвела случайность. Штурманом пригласили бывшего мичмана царского флота по кличке Жорж. Он был известен как человек, прекрасно знающий крымское побережье. Однако Жорж оказался горьким пьяницей. Он был настолько неравнодушен к спиртному, что, когда требовалось залить компас спиртом, приходилось приставлять наблюдателя, чтобы спирт вместо компаса не попал в рот Жоржу. Именно штурман и подвел десантников.

Наступила ночь. Скоро должны были показаться берега Крыма. В темноте ничего не было видно. Вдруг "Витязь" резко замедлил ход. Оказывается, Мокроусов узнал феодосийскую бухту. Пришлось резко разворачиваться, чтобы до рассвета покинуть зону неприятеля, и возвращаться к кавказским берегам.

На обратном пути "Витязь" вышел из строя. При повторной попытке пришлось обходиться одним "Гаджибеем". На этот раз все прошло удачно. Высадку произвели вблизи села Капсихор. Чтобы скрыть следы десанта, "Гаджибей" затопили. Хорошие пловцы Муляренок и Ефимов, раздевшись, отвели катер подальше от берега и там пробили днище.

Собранная Мокроусовым повстанческая армия наносила Врангелю серьезные удары. Белогвардейцам пришлось отозвать с фронта целую дивизию. Был разработан план уничтожения партизан. Воинские части из Феодосии, Судака, Ялты, Алушты, Симферополя стали окружать лес.

В это момент партизан-разведчик Поцелуев с товарищами, переодетые в форму белогвардейцев, выследили и захватили полковника генерального штаба Боржковского. Из найденных документов выяснилось, что полковник является начальником штаба по борьбе с партизанами. Были получены важные сведения о готовящейся операции по уничтожению партизан.

Партизанские отряды сумели вырваться из окружения и отступить дальше в горы. Однако положение продолжало оставаться тяжелым. Возникла необходимость связаться с командованием, доложить об обстановке и согласовать свои планы со штабом Южного фронта. Было решено отправить в Советскую Россию надежного человека. Выбор пал на И. Д. Папанина.

Единственно возможным способом попасть в Советскую Россию был путь через Трапезунд. Удалось договориться с контрабандистами, что за тысячу николаевских рублей они переправят человека на противоположный берег Черного моря.

Путешествие в Трапезунд оказалось долгим и небезопасным. Там удалось встретиться с советским консулом, который в первую же ночь отправил Папанина на большом транспортном судне в Новороссийск.

В Харькове его принял командующий Южным фронтом М. В. Фрунзе. Рассказав о положении дел в Крыму и получив необходимую помощь, Папанин стал собираться в обратный путь. В Новороссийске к нему присоединился будущий известный писатель Всеволод Вишневский.

Стоял ноябрь месяц. Море беспрерывно штормило, но упускать время было нельзя. В одну из ночей десантники вышли в море на судах "Рион", "Шохин" и катере-истребителе "Ми-17", где находился Папанин.

Шли в темноте, с потушенными огнями. Дул норд-остовый ветер. Усиливался шторм. Папанинцы долго кружились, разыскивая в темноте "Рион" и "Шохин", но, убедившись в бесполезности поисков, взяли курс на Крым. В пути наткнулись на белогвардейское судно "Три брата". Пришлось остановить его и, чтобы белогвардейцы не донесли вражескому штабу о десанте, хозяина судна и его компаньона взяли в заложники, а экипажу предъявили ультиматум: в течение 24 часов не подходить к берегу.

Непрекращающийся шторм вымотал всех. Огромные волны перекатывались через палубу. Люки на катере были задраены. В помещении стояла ужасная духота. Десантники страдали от жажды: не было воды, так как с палубы сорвало анкера.

В темноте подошли к селу Капсихор. Огромные волны накатывались на берег, с грохотом разбиваясь о прибрежные скалы. Перетащили на берег весь груз пулеметы, винтовки, патроны, бомбы. В селе скоро стало известно о появлении десантников. Отряд быстро вырос, пополнившись местными жителями. Раздав вновь прибывшим винтовки, двинулись к Алуште, по дороге обезоруживая отступающих белогвардейцев. На подходе к городу десантники соединились с частями 51-й дивизии Южного фронта.

Повторный десант под Капсихором высадился 10 ноября. Днем раньше были прорваны врангелевские укрепления на Перекопе. Повстанческая армия во главе с Мокроусовым вышла из леса и двинулась на Феодосию, чтобы отрезать белым пути отступления. Вскоре в Крыму была окончательно установлена советская власть.

Двадцать с лишним лет спустя на побережье вновь высадились советские десантники.

В январе 1942 г., одновременно с десантами в Судаке и Новом Свете, высаживаются подразделения советских войск у Морского. Судьба их оказалась трагичной. Взятые в кольцо, почти все воины погибли, лишь некоторым удалось прорваться в лес, к партизанам.

Семеро десантников попали в село Ворон. Они смертельно устали, долго не ели. Зашли в дом на краю села.

Бойцы не успели поесть, как услышали под окнами шум мотора. Бросившись к окнам, они увидели, как с грузовика спрыгивают гитлеровцы. Их было около двадцати. Надежды уйти из дома не было никакой. Десантники открыли огонь. Девять гитлеровцев упали сраженными. Остальные подожгли дом.

Семеро десантников погибли под рухнувшей крышей. Известны их: имена: старшина Резников, краснофлотцы Ф. С. Ремень, С. П. Корукин, Н. Котельников, И. И. Авдиенко, Нестеренко, Псковцев. В центре села Ворон установлен обелиск над могилой павших воинов.

В Крыму повсюду - на оживленных улицах городов, на шумных автострадах и тихих лесных полянах можно обнаружить величественные памятники или скромные обелиски жертвам и героям минувшей кровавой войны. Да и как иначе: ведь в годы Великой Отечественной Крым был местом самых ожесточенных сражений. До недавнего времени памятники были ухожены и благоустроены. Сейчас многие из них, забытые и заброшенные, порастают травой или же становятся жертвами вандализма неблагодарных потомков погибших героев.

Трудно даже представить себе, кому могло понадобиться подгонять ночью мощную технику, чтобы свергнуть многометровую статую и увезти ее в неизвестном направлении. Но если уж так поступают с гигантскими статуями, то маленькие скромные обелиски и вовсе беззащитны перед тупоумными хулиганами.

Однако продолжим наш путь. На горизонте - мыс Агира со средневековой генуэзской башней Чобан-Куле. Некогда, в XV веке, это был замок феодалов ди Гуаско.

Братья Гуаско, пожалуй, самые известные личности во всей многовековой истории Сугдеи благодаря делу братьев, которое сохранилось в архивах банка св. Георгия в Генуе. Наверное, нет ни одной книги, посвященной Судаку, в которой братья не были хотя бы упомянуты. В книге С. Секиринского "Очерки истории Сурожа" (1955 г.) опубликованы все 22 документа дела. В двух исторических романах, посвященных средневековому Судаку: А. Крупнякова "У моря Русского" и В. Владимирова "Последний консул", братья входят в число главных действующих лиц. Конечно, мы тоже не можем обойти их молчанием, тем более, что отважились посетить их некогда грозное жилище.

От прошлого недавнего - к прошлому более отдаленному. Из века XX перенесемся в век XV.

Для знакомства с делом братьев Гуаско обратимся к сравнительно малоизвестному широкому кругу любителей старины источнику. "Известия Таврической ученой архивной комиссии", No38 (Симферополь, 1905 г.). Вот гравюра, изображающая развалины Судакской крепости, и статья Л. Колли "Христофоро ди Негро, последний консул Солдайи". Автор анализирует переписку консулов и других чиновников Каффы и подчиненных ей колоний с попечителями банка св. Георгия, к которому в середине XV века перешло управление черноморскими колониями.

27 августа 1471 г. советом попечителей банка св. Георгия дворянин Христофоро ди Негро был избран консулом Солдайи вместо возвращавшегося на родину Бартоломео Сантаброджио и немедленно вступил в управление колонией, хотя патент его был датирован 13 июня 1472 г.

В последние годы существования черноморских колоний, теснимых турками, закон об ограничении консульской службы одним годом уже не соблюдался. Ди Негро получил приказ сохранить свой пост еще на год. В следующем, 1473, году совет банка избрал солдайским консулом Мелькионе Джентиле, но он отказался от этой чести, так как добраться до места назначения уже не мог.

Совет попечителей делал все возможное для поддержания сношений со своими колониями на Черном море, но условия для этого становились все более неблагоприятными. Султан Магомет II закрыл Дарданеллы для генуэзских судов. Турки в союзе с татарами все больше теснили владения генуэзцев на Черном море. Уже давно каффинский совет правителей был не в состоянии вести правильную переписку с банком. Из Италии, так же как и из Крыма, гонцы с поручениями отправлялись сухим путем; одни погибали в дороге, другие через 5-6 месяцев с трудом добирались до места назначения. И в это грозное время, в самый трагический период истории Солдайи, четыре года ее дела вел Христофоро ди Негро.

"Истинный защитник закона, до глубины души преданный миссии, ему предназначенной", - так характеризует Л. Колли роль ди Негро в знаменитом деле братьев Гуаско - тяжбе по поводу самоуправства владельцев деревень Тассили и Скути. Эти деревни находились на месте современных Громовки и Приветного.

Братья Андреотто, Деметрио и Теодоро, сыновья покойного Антонио Гуаско, захватили обширные участки земли от Алушты почти до Судака, самовольно ввели на этой территории четыре новых вида налогов, создали свои вооруженные отряды, чинили суд и расправу, с правом жизни и смерти над подчиненными.

Консул Солдайи отдал приказ своему кавалерию (полицейскому чиновнику) и аргузиям (конным стражникам) уничтожить поставленные братьями виселицы и позорные столбы, но отряд встретил вооруженное сопротивление и вернулся ни с чем.

Братья Гуаско пожаловались на действия солдайского консула в Каффу, где имели связи. Инцидент перерастает в столкновение между двумя консулами - ди Негро и Кабеллой. Солдайский консул напоминает о законной стороне дела, правах банка св. Георгия и своей скомпрометированной чести и выражает готовность "исполнять быстро, справедливо и честно букву закона". Однако консул Каффы сначала распорядился дело отложить, а затем вынес решение в пользу братьев Гуаско.

Христофора ди Негро в письме попечителям банка св. Георгия прямо обвиняет администрацию Каффы в коррупции: "Им (Гуаско) во всем покровительствуют, потому что они ни денег, ни других подарков не жалеют". Он готов был доказывать свою правоту перед советом банка, но для этого следовало вернуться в Геную. А этого ди Негро было не суждено. Через два месяца под стенами солдайской крепости появились полчища Ахмет-Гедик-паши.

По преданию, последний консул Солдайи заживо сгорел вместе с другими защитниками крепости в подожженной турками крепости. Случилось это в июне 1475 г.

Цель нашей экскурсии близка. Шоссе, круто петляя, поднимается на почти безлесые холмы, все дальше удаляясь от моря. И здесь нарезанные террасы печально напоминают о безуспешной попытке озеленения.

Покинув шоссе, поднимаемся к башне, возвышающейся на морем на каменистом, обрывистом холме. Верхняя часть башни разрушена; сейчас ее высота не превышает 8-9 метров. Позеленевшие от времени стены достигают трехметровой толщины. На первом этаже сохранились камин, амбразура с камерой, откос входа в башню. В цоколе находился бассейн для воды.

С запада, севера и востока доступ к башне прикрывала оборонительная стена протяженностью 230 метров. Вход в крепость находился, вероятно, в северо-западной стене.

В разное время памятник описали или исследовали Паллас, Кеппен, Бертье-Делагард, Секиринский, Якобсон, Фронджуло. Каждое из этих имен о многом скажет любителю крымской старины.

В более ранние времена, в VIII - IX веках, у подножия холма находился крупный гончарный центр. По данным полевых исследований, проводившихся в 1989 - 1992 гг., близ Чобан-Куле находилось 13-14 обжиговых печей. Изготовленные здесь керамические сосуды находили по всей Таврике и за ее пределами: на левобережье Днепра, в Приазовье, на Дону.

Гончарные печи были расположены цепочкой, на северо-западном и юго-восточном краях продолговатой возвышенности, идущей вдоль моря. Остатки печей ясно выделяются наличием пережженной глины и кирпичей и мощными завалами битой керамики, залегающей сплошными слоями метровой толщины по соседству с печами. Работающие здесь гончары были свободными ремесленниками. Работали они небольшими артелями - сообща владели большой гончарной печью и эксплуатировали ее. Никакого поселения или постоянного жилища при печах обнаружено не было. Работы в мастерских велись сезонно.

Совсем недавно, пару десятилетий назад, в этом тихом месте планировалось возведение нового курортного комплекса "Пастушья Башня" на 3000 человек, с пансионатами, кемпингами, лагерями отдыха. И, как писалось оптимистически в путеводителях 1970 - 1980 гг., "тишины вокруг скоро не станет". Так же, как не стало тишины - мы это видели - в ущелье Димитраки, в Капселе, да и во многих других местах.

Нет, мы не стали умней. Просто, в силу некоторых причин, мы временно лишены возможности делать разные глупости - и страшно гордимся этим. И поневоле начинаешь думать: хорошо все же, что в человеческом обществе время от времени происходят стадиальные кризисы, которые приносят нашей несчастной природе-матушке хотя бы временные передышки.

ДАЧНОЕ

Село Дачное (бывшее Таракташ) просторно раскинулось между живописными вершинами Таракташ (Скальный гребень) и Бакаташ (Каменная лягушка) по трассе Судак - Симферополь. Проще всего попасть туда городским автобусом Дачное Уютное.

Мы покидаем Судак. Слева по ходу автобуса, в долине реки Суук-Су, недавно возникший поселок вернувшихся на родину крымских татар. Западнее поселка возвышается безлесый холм Айбатлы (Месяц на ущербе). Со стороны Судака холм имеет форму полумесяца. По выражению П. Кеппена, "Эта гора высунулась вперед как бы для отделения Таракташской долины от Судакской".

Справа над трассой возвышается гора Каршитерс. Хорошо видны обелиск и надпись на скале, выведенная большими белыми буквами: "Десанту слава". Однажды ученики местной школы обнаружили в расщелине скалы останки человека. Рядом горстка патронов и солдатский медальон. На пожелтевшем от времени листочке, свернутом в трубочку, удалось прочитать: "Егор Семенович Завалишин" и название села, из которого тот был призван в армию.

Письмо пошло в Удмуртию, где Завалишин жил до войны. Удалось установить, что Егор был участником десанта 1942 г. Когда враг перешел в наступление, десантники укрылись в расщелине, которая стала естественным дзотом... По инициативе и при участии ребят был сооружен обелиск в том месте, где держал свой последний бой Егор Завалишин.

Местность в районе Дачного неоднократно подвергалась археологическим исследованиям. В 1995 г. у подножия горы Таракташ археологи изучили руины двух позднеантичных храмов - "малого" и "большого". Судя по находкам, храмы действовали с I по V век н. э. В ближайших окрестностях известны и другие памятники античного времени - остатки строений, могильники, хозяйственные ямы.

В средние века узкий участок долины между горами Таракташ и Бакаташ перегораживала оборонительная стена. Ее остатки были заметны еще в конце XIX века.

Во времена генуэзцев деревня Tarataxii входила в Солдайское консульство, подчиненное Каффе. По соседству, в Ай-Ванской долине, находилась деревня Sankti Johanis, от которой до нашего времени не осталось и следа.

После присоединения Крыма к России на полуострове произошли значительные изменения в этническом составе населения. Большое количество крымских татар эмигрировало в Турцию. В разных частях полуострова возникали русские, украинские, немецкие, болгарские поселения и колонии. На месте Дачного в XIX веке находились две татарские деревни - Биюк Таракташ и Кучук Таракташ (Большой и Малый Таракташи). Обе деревни значительное время "сохранялись во всей чистоте ханского времени". Пожалуй, лучше других об этом сказал Е. Марков: "Большой Таракташ спрятан в складке гор и смотрит совершенным кавказским аулом. Дома темного камня, двухэтажные над обрывами - бойницы бойницами. Малый Таракташ кругом дороги, с ярко разодетыми татарками, с белыми стариками в чалмах. Тут сплошное, непочатое мусульманство; ничто чуждое еще не расшатало его, не прососалось в него".

Владимир Измайлов гостил в Таракташе у татарской княжны, сестры последнего крымского хана. "Жизнь ее течет тихо; перед глазами ее блестят красоты Природы; для сердца ее цветут розы любви и удовольствия. Путешественники посещают ее самою, как один из лучших цветников на сем прекрасной полуострове. Домик ее представил мне приятную наружность и скромные украшения во внутренности; но лучшим украшением была она сама; хотя уже не молодая, но приятная еще женщина, в легкой азиатской шубке, под которой скрывались, но не таились прекрасные формы тела, с грудью вылитой на тонком корсете, подпоясанная лентою с блестящей бляхой, как Венериным поясом, и сидящая на мягком диване, подобно как на престоле любви, с важным взором, с улыбкой богини. Фидаусова резца достойно бы было величество ее стана, живость движений и остаток молодости. Это была Венера на земле в одежде татарки, с одной легкой тенью небесного своего образа; это была роза, после утренней зари, в некотором затмении от солнца...".

3 июля 1908 г., при постройке дома во дворе поселянина Ибрам Селим оглу, был найден клад медных боспорских и римских монет количеством около двух тысяч. Монеты были немедленно расхищены рабочими и детьми. Около 400 их продали в Карасубазар (совр. Белогорск). Остальные в большом количестве предлагали купить проезжающим. Таким образом, клад навсегда мог быть потерян для науки, однако он вовремя попал в поле зрения Александра Христиановича Стевена, который приобрел около 600 монет и просмотрел еще около 200. Купленные монеты были препровождены в музей Таврической ученой архивной комиссии, председателем которой был Александр Христианович. Это была первая находка боспорских монет в районе Судака. Стевен предполагал, что их мог занести какой-нибудь беглец из Боспорского царства во время нашествия гуннов. Клад вошел в историю под названием таракташский.

В 1927 г. директор ялтинского Восточного музея Якуб Кемаль во время поездки в Судакский район приобрел в Таракташе арабскую суфийскую рукопись XIII века "Китаб ал масабик фиттасаввуф", автор Абу Бакр ибн-Юсуф ал Хасан Васитский (ал-Васити). Рукопись хранилась в семье одного из жителей, предки которого в ханские времена были служителями культа.

Приглашая на экскурсию в Таракташ в 1928 г., А. Полканов сообщает: "Экскурсия интересна в бытовом отношении, так как дает возможность познакомиться с хозяйством таракташского крестьянина, с устройством его жилища...", а также с "...влиянием советской культуры на старые формы быта... Таракташ еще в значительной мере живет стариной, хотя советская культура и пробила уже бреши во многих местах". Окончательную брешь, как известно, пробила депортация крымскотатарского народа в 1944 г.

И сейчас еще улочки и переулки Дачного отчасти сохраняют колорит давно ушедшего прошлого. В некоторых местах село выглядит так же, как сто и двести лет назад.

Сохранилась мечеть Аджи-бей в Биюк Таракташе, на плоской вершине правее шоссе Судак - Грушевка. Мечеть была возведена в конце XVIII века и использовалась по прямому назначению до 1930-х гг. В 1939 г. был снесен минарет, а в конце 1940-х годов пришел в запустение устроенный рядом фонтан. Подвод воды к фонтану осуществлялся от источников Ай-Георгия, по керамическим трубам. Водовод прокладывали австро-венгерские военнопленные в годы первой мировой войны.

После Великой Отечественной войны здание приспособили под общежитие. В последние годы оно стояло пустым и заброшенным. Разработан проект восстановления мечети. Сейчас активно ведутся реставрационные работы.

А. Полканов пишет в 1928 г.: "Свои предания и легенды таракташец любовно хранит, и легенды эти касаются, главным образом, народного героя - джигита Алима, заступника бедняков и грозы богачей".

Алим, разбойничавший в крымских лесах в 40-е гг. XIX столетия, безусловно, является одной из самых легендарных личностей во всей крымской истории. О разбойнике ходило множество рассказов, анекдотов, сцен. О нем писались повести и романы, ставились пьесы. Уже в советское время, в 1920-е гг., был снят художественный фильм "Песнь на камне", где главную роль сыграл татарский танцор Хайри Эмир-заде. Л. Колли написал очерк "Подлинный портрет Алима", а Н. Маркс включил одну из легенд в первый выпуск "Легенд Крыма" (1913 г.)

Н. Маркс писал об Алиме: "Это был последний из ряда джигитов, с которыми русской власти пришлось считаться по присоединении Крыма к России. Он пользовался огромной популярностью и несомненной поддержкой среди татарского населения края. До безумия смелый и дерзкий, Алим, говорят, отваживался вступать в открытую борьбу с небольшими отрядами войск, был не раз окружен и схвачен, но каждый раз бежал из тюрьмы, пока, наконец, в 1850 г., по наказании шестью тысячами ударов розог, был сослан в каторгу".

Приведем одну из таракташских легенд об Алиме. Один из утесов горы Бакаташ напоминает девушку в национальной татарской одежде. В те давние времена, гласит легенда, юная девушка из деревни Таракташ тайком от матери поднималась по ночам на скалу, где ее ждал возлюбленный, красавец разбойник. Однажды они договорились встретиться на рассвете и вместе бежать в. далекие края. Ранним утром девушка стала подниматься на скалу, чтобы соединиться с любимым, и в это время ее увидела мать. Горю и отчаянию старой женщины не было предела. В гневе прокляла она дочь, и та мгновенно превратилась в камень на утесе скалы.

Из Дачного можно совершить восхождение на Бакаташ или прогулку в сторону горы Таракташ и вернуться в Судак городским автобусом.

СОЛНЕЧНАЯ ДОЛИНА

Восточнее Судакской долины, за хребтом Токлук, расположена Козская долина, с селом Солнечная Долина. От Богатовки до Солнечной Долины - тридцать-сорок минут неспешной ходьбы по шоссе или несколько минут езды на любом виде транспорта.

До 31 мая 1945 г. село называлось Козы. По одной из версий, название происходит от Кок-Гез - синий глаз. Современное название оправдывается тем, что долина - одно из самых солнечных мест в Крыму. Среднее количество солнечных дней здесь больше, чем в Ялте или Судаке.

Село находится в 4 километрах от моря, в окружении живописных горных вершин Парсук-Кая, Элтиген, Токлук-Сырт - последняя вершина хребта Токлук. Растянувшиеся южнее многокилометровые, очень своеобразные пустыни и полупустыни обязаны своим происхождением не только природным и климатическим условиям районам, но и многовековой деятельности человека.

Шоссе проходит мимо обширных виноградных плантаций. Как отмечал еще Паллас, вся долина "засажена виноградниками и вина этой долины считаются самыми крепкими в Крыму".

Здесь произрастают ценнейшие аборигенные сорта винограда, сохранившиеся еще со времен греков и генуэзцев. Пожалуй, это единственный уголок Крыма, где они сохранились и теперь возрождаются.

В начале XX столетия старые насаждения, разбросанные и одичавшие, изучал шампанист Голицына А. А. Иванов. Он описал 80 аборигенных сортов винограда на восточном побережье Крыма. Уже после Великой Отечественной войны виноградари совхоза-завода занялись восстановлением и классификацией таких сортов, как Эким-Кара, Джеват-Кара, Кефессия, Санды-Пандас.

В 1969 - 1974 гг. на виноградниках старой посадки было выявлено более 35 неизвестных ранее сортов. Интересно, что некоторые аборигенные сорта пробовали выращивать в соседней Судакской долине, но нужных качеств, придающих напитку свой особый аромат и букет, не получили. Только микроклимат Козской долины, ее воздух, крепкие, как камень, почвы наиболее благоприятны для этих редкостных сортов винограда.

Выявленные аборигены отмечают специальными бирками. При сборе урожая отмеченные кусты убираются отдельно. Отмечаются сахаристость, урожайность, после чего виноделы пробуют, что из какого сорта можно сделать. В результате глубокого научного анализа и неустанного творческого поиска специалисты совхоза-завода создали уникальное вино "Черный доктор" из сортов винограда Эким-Кара, Джеват-Кара, Кефессия, Крона. Вино имеет тонкий привкус шоколада, сверкает в бокалах рубиновыми искрами.

С давних времен дошла до нас легенда о вине-врачевателе. Давно это было, когда богатый Сурож был связан морскими торговыми путями со многими странами. Тогда и завезли сюда черенки редкостной виноградной лозы. Их высадили на каменистой почве солнечных горных склонов. Вино, приготовленное из ягод этой лозы, поразило людей своей чудодейственной силой. Маленькая толика его залечивала тяжелые раны воинов, восстанавливала силы роженицы, возвращала бодрость и силу духа.

И поныне не утратило оно своих целебных свойств благодаря танину вяжущему веществу, содержащемуся в кожице винограда. В 1970 г. на втором международном конгрессе вин в Ялте вино "Черный доктор" было удостоено золотой медали.

Шесть золотых и пять серебряных медалей заслужил еще один уникальный напиток - "Солнечная Долина". Сложный медово-цветочный букет придают ему 20 белых аборигенных сортов, в том числе Сары Пандас, Кокур белый солнечнодолинский, Капсельский белый.

В 1995 г. разработана марка вина "Черный полковник", изготавливаемого из черных сортов винограда: Джеват-Кара, Эким-Кара, Крона, Кефессия, Бастардо, Саперави. Во вкусе вина ощущается чернослив, мягкая бархатистость, шелковичные тона.

Уже из одного количества имеющихся аборигенных сортов винограда Солнечной Долины можно предположить, что местность имеет богатейшую историю. По описаниям путешественников, в недавнем прошлом окрестности села изобиловали разнообразными археологическими памятниками - укреплениями, храмами, могильниками. Древнейшие из них относятся к эпохе бронзы (сер. II - нач. I тыс. до н. э.).

На картах 1320 - 1321 гг. Петро Весконте из Генуи между Caffa и Soldaia отмечены три порта: Possidima - Callitra - Meganome. В книге "Коктебель. Исторические названия окрестностей" (1996 г.) А. Шаповалов приходит к выводу, что Меганоме - это средневековое поселение на месте Солнечной Долины, а не мыс Меганом, как привыкли думать краеведы. Каллитра находилась на холме Кордон-Оба (пос. Курортное), а Поссидима - на берегу Коктебельского залива. Во времена генуэзцев деревня Coxii, или Cosio, входила в солдайское консульство.

Самый ранний из сохранившихся памятников Солнечной Долины храм св. Пророка Илии, Х - XIV веков, возвышается в центре села над остановкой автобуса. Храм принадлежал грекам. По ведомости Суворова о числе переселенцев-христиан из Крыма, представленной графу Румянцеву, 18 сентября 1778 г. из деревни Козы вышло 38 мужчин и 36 женщин. Для такого числа прихожан небольшая Козская церковь была вполне достаточна.

Авторы XIX века передают предание о священнике, убитом турками во время богослужения и погребенном у входной двери. Усопший почитался чудотворцем. У входа в храм стояла скамья, на которую приводили или приносили больных для исцеления.

Архиепископ Гавриил сообщает о других древних храмах Козской долины, остатки которых сохранялись еще в середине XIX века: "Между садами князя Херхеулидзева, поручика Цирули и армянина Агажанова был храм во имя "св. великомученика Георгия", разрушенный во время войны... При той же деревне, к северу от виноградного сада помещика Цирули, была древняя церковь во имя "усекновения честныя главы Иоанна Предтечи". Она осталась после выхода греков и теперь до основания разрушена".

В конце XVIII века Паллас видел в Козах красивую мечеть с восьмиугольным минаретом из кирпича и несколько хороших фонтанов. Уже в то время некоторые из них были сухими.

Живописные окрестности Солнечной Долины не раз привлекали к себе внимание художников. Так, в 1913 г. здесь одновременно работали Богаевский, Волошин, Кандауров, Оболенская, Рогозинский, Хрустачев и совсем молодой живописец Людвиг Квятковский. Как рассказывали участники поездки в шутливой рукописной газете "Коктебельское эхо", в Козах их ждали "дни работы и зноя, ночи бездумного сна и неожиданных пробуждений из-за сколопендр, пауков и фаланг".

В 1935 г. в деревне была создана академическая дача Московского института изобразительных искусств. Директор института И. Э. Грабарь писал: "Результаты работы в Козах исключительно ценны, так как она восполняет то, чего не может дать зимняя Москва с ее темными серыми короткими днями".

О суровых днях Великой Отечественной войны напоминают памятники танкисту Д. Е. Гнездилову, погибшему в апреле 1944 г. при освобождении села, и жителям Солнечной Долины, не вернувшимся с войны.

Из Солнечной Долины можно совершить увлекательные путешествия: на Меганом, в Лисью бухту, на горы Эчки-Даг или Парсук-Кая, после чего различными маршрутами вернуться в Судак. 

Снять жилье рядом